Книга Не по правилам, страница 67 – Саша Кей

Озверевший Таир рычит. Он наматывает на кулак мои волосы, вынуждая оторваться от его шеи, где теперь алеет порочная отметина, и заставляет посмотреть ему в глаза. Дикие, сумасшедшие.

Мне его не жалко, нет у меня совести.

Я опускаю ресницы, отгораживаясь от требовательного взгляда.

Таир придерживает меня за талию, я буквально нутром чувствую, как он борется с собой. Хочет взять верх. Но прежде чем я закрыла глаза, успела увидеть, как его приковывает мое наслаждение.

Пусть смотрит. Запоминает.

И лишь когда у меня вырывается протяжный стон, Нарыков срывается с цепи.

Пусть. Я свое получила.

Не выходя из меня, Таир роняет нас на неудобный для этих целей диван, но всем плевать. У меня под спиной комом сброшенная футболка, а на мне матерое тело. Места хватает только на опору на один локоть, который Нарыков втискивает между моим разгоряченным влажным телом и спинкой дивана, а другой рукой он приподнимает мои бедра, насаживая пылающую дырочку на толстый стержень и продлевая мою агонию.

Но этого Таиру мало. Навалившись, он вколачивается, варварски и сладко заполняя щелку. Поцелуи мне достаются злые и жестокие, но меня все устраивает.

Когда густая сперма брызгает мне на живот, я довольна.

Нарыков, горячо дыша мне в ухо, сипит:

— Тебя надо сжечь. Только попробуй еще раз так наслаждаться без меня.

У

Утро выдается отвратительным.

Или не утро. Не суть.

Болит все и в самых неожиданных местах, будто я вчера акробатические этюды выделывала, а может, и наприседала лишнюю двадцатку с соточкой. Но нет, виноват не тренер, хотя он у меня зверь. Виноват Таир.

Уходила я вчера гордой походкой, а сегодня чувствую себя, будто ночь провела привязанная к седлу обезумевшей лошади, скакавшей через овраги. Вот не было у меня личной жизни давно, и что-то я не уверена, что хочу так просыпаться каждый день.

Или это я так хорошо о Таире думаю?

Надеюсь, ему тоже не сладко.

Таир, который вчера в основном не пил, а мне подливал, к ночи окончательно протрезвел и вызвался отвезти меня сам, хотя я демонстративно собиралась вызвать такси.

— Останься, — предлагает он, и его руки замирают на чертовой молнии моего платья, где мне снова понадобилась помощь Нарыкова. Точнее, не понадобилась, но я посчитала, что Таиру будет полезно еще раз погладить меня по великолепной заднице. Уверена, ее светлый образ он будет хранить в сердце, и по ночам она ему будет сниться.

Остаться? Ну уж нет!

Как можно ночевать в доме, где нет даже нормальной ванны? Что за человек будет жить только с душевыми? И вообще, тут нет моих кремчиков, умывалок, косметичек, фена… Абсолютная неблагоустроенность! Возмутительно.

— Ваша выставка меня утомила, — отказываюсь я, задрав нос.

— Успеешь еще отдохнуть. Я с понедельника по среду опять в командировке.

Прищуриваюсь на индивида. Снова? Что ему там медом намазано? Все-таки есть телка? Что-то тут не так. Не нравятся мне эти командировки. Неожиданно я злюсь.

— Скучать не собираюсь, — гордо поправляю еще влажные после повторного душа волосы. На этот раз я была умнее и не пустила Таира в душ, хотя мне предлагали потереть спинку.

— Алсу, если тебя опять понесет на приключения, в этот раз я не смогу вернуться с половины пути. Я лечу в другую область…

Закатываю глаза.

— Вот как ты обо мне думаешь… Завтра у меня деловая встреча, а потом я подумаю, как оправдать твое ошибочное мнение…