Онлайн книга «Смерть в бриллиантах»
|
Джоан догадывалась, что королева, вероятно, делает нечто подобное, оставаясь со своими фрейлинами, но уж точно не с ней. Да и Джоан все равно никогда бы не рассказала. Ее удивило, что он вообще задает такие вопросы. Тони откинулся на спинку стула. К нему подошли двое других посетителей; мужчины обменялись рукопожатием и пообещали друг другу скоро увидеться. Младший брат, несмотря на свою придворную должность, напротив, удостоился лишь кратких равнодушных кивков. Джоан сделала вывод: если бы семья Раднор-Милнов плела какой-нибудь заговор, зачинщиком был бы не Джереми, а Тони. Ей нужно было найти предлог, чтобы встретиться с ним еще раз. Подали десерт, затем кофе. Обе спутницы бизнесменов к этому моменту уже умирали от скуки. Интересно, жизнь мертвой женщины в бриллиантах была такой же? За столом пробежала легкая волна, и Джоан поняла, что Джереми подает знак жене. Та кивнула. Джереми встал, и супруга последовала его примеру. — Простите нас, но мы вынуждены откланяться. Завтра очень насыщенный день, да и няньку нельзя задерживать. Тони, не допрашивай Джоан. Она здесь, чтобы получать удовольствие. Тони усмехнулся: — Она просто партизан. Да еще такой очаровательный. Я пытался, но она не сказала ни слова. Внезапно Джоан почувствовала тепло и тяжесть его руки у себя на бедре. Сначала она решила, что это случайность. Она отодвинула ногу, но рука последовала за ней. Она замерла, не в силах вымолвить ни слова. Теоретически она знала, что делать – ткнуть его первой попавшейся вилкой – но это был “Ритц”. На них могли смотреть герцогини. На что он рассчитывает? Что она психанет и устроит сцену? Мгновение она не шевелилась. Тони как ни в чем не бывало улыбался в спину удаляв- шемуся брату. Когда терпение Джоан иссякло, она протянула руку и “случайно” опрокинула бокал Тони – вокруг них засуетились официанты, а его рукам нашлось занятие. Вскоре он потребовал счет и обратился к сидящим за столом: — Вечер только начинается. Мой братец, может, и вынужден сбежать домой, но город теперь принадлежит нам. Мы с Джоан отправимся познавать радости “Клуба 400”. Присоединитесь? Джоан неподвижно сидела рядом с ним. Он легко провел пальцами по волоскам на ее руке. Он улыбался, и в этой улыбке не было ни угрозы, ни даже вопроса. Словно вечер должен был закончиться именно так. Почти безмолвная француженка поднялась. — Попудриться, – объяснила она. Чувствуя головокружение, Джоан встала, чтобы пойти с ней. Они пробирались меж столов в слабо освещенное фойе, где пианист играл для пар за маленькими столиками, затем спустились по лестнице в дамскую комнату. Когда обе вышли из кабинок, спутница села перед зеркалом и вынула из маленькой сумочки помаду. — Ça va?[26] – спросила она зеркало. – Выглядишь… – Она пожала плечами, не находя слова. — Бледной, – сказала Джоан по-французски, оценивая собственное отражение. – Да, еще как. — Ты говоришь по-французски! – Девушка обрадовалась и перешла на родной язык. – Все в порядке? — Не совсем. Думаю, мне надо поехать домой. Скажи мистеру Раднор-Милну, что мне стало нехорошо. Спиши на устриц. Нет… не надо. Просто скажи, что я что-то не то съела. — Конечно. Как скажешь. – Она нахмурилась. – Он к тебе полез? — Да, – призналась Джоан. — Но ты же этого ожидала? |