Книга Арсен Люпен, джентльмен-грабитель, страница 56 – Морис Леблан

— Не знаю… Не знаю…

Но только тогда я догадался, что спокойствие ее напускное, а за внешней невозмутимостью кроется страшное смятение. И оба мы, смешавшись, замолчали.

Но Даспри, не отрывавший от нее глаз, подошел к ней и сказал:

— Позвольте, мадам, задать вам несколько вопросов?

— Разумеется, так мне будет проще начать говорить.

— И вы будете отвечать на любые вопросы?

— Да, на любые.

Он подумал и спросил:

— Вы знаете Луи Лакомба?

— Да, через мужа.

— Когда вы видели его в последний раз?

— В тот вечер, когда он у нас ужинал.

— А вас тогда ничто не навело на мысль, что вы больше его не увидите?

— Нет. Правда, он намекал на какое-то путешествие в Россию, но очень неопределенно.

— Иначе говоря, вы предполагали его снова увидеть?

— Да, через день у нас на обеде.

— А как вы можете объяснить его исчезновение?

— Никак не могу.

— А ваш муж?

— Не знаю.

— И все-таки…

— Не спрашивайте меня об этом.

— Похоже, что в статье в «Эко де Франс» говорится…

— В ней, похоже, говорится, что нельзя исключать, что братья Варен приложили к этому руку.

— Вы разделяете это мнение?

— Да.

— А на чем основана ваша уверенность?

— Когда Луи Лакомб уходил от нас, при нем был портфель со всеми документами, относящимися к этому проекту. Два дня спустя мой муж встречался с одним из братьев Варен, тем, кто остался в живых, и получил доказательство, что эти документы находятся у них.

— Он не сообщил об этом надлежащим органам?

— Нет.

— Почему?

— Потому что в портфеле лежали вовсе не документы Луи Лакомба.

— Что же?

Она поколебалась, уже собралась было ответить, но потом все-таки не решилась. Даспри продолжил:

— А вот и объяснение, почему ваш муж, не поставив в известность полицию, вел наблюдение за братьями. Он надеялся забрать и бумаги, и одновременно нечто его компрометирующее, то, чем Варены его шантажировали.

— Его… и меня.

— Как? И вас тоже?

— Прежде всего меня.

Она произнесла это глухим голосом. Даспри внимательно посмотрел на нее, потом сделал несколько шагов по комнате и вернулся к ней:

— Вы писали Луи Лакомбу?

— Разумеется… Мой муж был с ним связан…

— Вы писали Луи Лакомбу, помимо официальных писем… личные? Простите мою настойчивость, но мне необходимо знать всю правду. Вы писали ему личные письма?

Она прошептала, красная от смущения:

— Да.

— И эти письма оказались у братьев Варен?

— Да.

— Значит, месье Андерма известно об этом?

— Он их не видел, но Альфред Варен сообщил ему об их существовании, угрожая предать все огласке, если муж предпримет какие-то действия против них с братом. Муж испугался… Он отступил из боязни скандала.

— Но пустил в ход все средства, чтобы отобрать у них эти письма?

— Да, пустил в ход все, что возможно… По крайней мере, мне так кажется, потому что после его последней встречи с Альфредом Вареном и после нескольких весьма грубых фраз, в которых мне была изложена суть этой встречи, между мной и мужем больше не существует ни былой близости, ни былого доверия. Мы живем теперь как два чужих человека.

— В таком случае вам нечего терять. Чего же вы боитесь?

— Сейчас я стала ему совершенно безразлична, но ведь прежде он меня любил и мог бы любить по-прежнему. Да, я в этом уверена, – горячо прошептала она, – он любил бы меня, не попадись ему эти проклятые письма…