Книга Терра. Часть 1, страница 94 – Маргарита Боулес

Сейчас я хотел лишь одного: быть рядом с любимой женщиной, стать для нее опорой, защитой и оберегать до конца своих дней, лишь ее желания имели важность, ее чувства – это стало моей страстью, моим долгом и предназначением, целью, выгравированной в самой душе. Велиал вновь оказался прав: я поступал эгоистично из страха потери, из безудержного желания привязать к себе Скай, оставить подле себя, манипулировал ею ради нашего блага. Искренне верил, что, приняв решение за обоих, осчастливлю нас одним махом, ей не нужно будет страдать от мук выбора, не придется отказываться от близких. И конечно, пришел в великий восторг, когда она захотела остаться. Честно ли я действовал? Отнюдь, но искренне! В порыве влюбленной души. Я показал ей, какой может быть наша жизнь вместе, то, чего мы оба хотели. Скай сдалась вопреки разумности и опасностям, потом «случился» демон и забрал наше счастье. А без нее даже Небесное царство виделось в монохроме, и только моя жена могла повлиять на вкус и цвет, на запахи, вновь наполнить яркостью мою вечность.

Моя Скай, мое Небо, мое Все.

Небо.

Для ангелов небо – символ свободы и возможностей; там, под облаками, средь пушистых, ласкающих перья волокон хлопка, мы проводим большую часть времени, там обитель душ наших, колыбель для бессмертных, и как символично Скай убаюкала меня в своих объятьях, приручила к своему голосу, к запаху, к нежности и уязвимости. Я хотел вернуть свое Небо. Свой оплот спокойствия и счастья, чтобы вновь воспарить в поднебесье, расправить крылья в лазурных бескрайних просторах и больше никогда не расставаться.

Осталось только заполучить артефакт – Лазурит, забрать у самого Левиафана, охраняющего его.

* * *

Ртуть разливалась по бездонному подземному озеру в древнем забвенном слое Мироздания, там, где таились могущественные существа из легенд, – еще одна непостижимая тайна рукотворного творения Создателя – сила его безграничных, неподдающихся объяснению возможностей. Во многих мирах зверь, покоящийся в этих черных глубинах, описывался по разному: в виде гигантского крокодила с множеством глаз и вытянутым длинным телом, иные приписывали ему облик многоголового дракона, люди представляли его морским змием, – истина же лежала где-то посередине.

Я превратил Мортем в боевой Небесный бич и одним хлестким ударом рассек умиротворенную поверхность озера. Воды здесь густые и вязкие, чем-то напоминали клейкую структуру, иссиня-черную, как космические пространства, и такие же неиссякаемые, бездонные.

Тишина.

Пахло сыростью, озерной тиной и рыбой.

«Хдыщь!» – бич со щелчком вновь ударился о водную гладь, пошла мелкая рябь, задрожали вековечные навесные своды пещеры, влага, скопившаяся на скалах, закрапала вниз, образуя разводы. Мортем и моя душа освещали мглу этого слоя, этой клетки, где чудовище прозябало с момента сотворения и до самых дней. Оно крепко спало под толщею воды, недвижимо. По легенде, именно с Левиафана начнется Судный день, когда Создатель отпустит его на волю и позволит истребить половину живых существ. На Терре написано иное: там четыре всадника Апокалипсиса несутся вперед Небесного войска – истина всегда где-то посередине. Прежде я уже видел гибель других миров и удовольствия не испытывал.

Третий удар сопровождался землетрясением – твердь под моими ногами зашлась ходуном, пошла осыпь, послышался громкий треск, откололась часть скальных стен. С громким плеском грохнулся и ушел под воду отвалившийся кусок породы, раздался поднимающийся из глубин рокот. Вода стала убывать от берега, образуя высокую волну, что схлынула обратно подобно цунами. Я взмыл под высоченный купол пещеры, выше и выше, избежав столкновения и со стороны наблюдая, как бугрилось озеро размером с океан, вспенивалось прежде, чем показался хвост. Фосфорный свет осветил пещеру, и под толщею темных вод зазмеилось что-то огромное.