Книга Два дня до солнца, страница 47 – Марина Комарова

Когда мы проходим мимо внушительного часового механизма, я замираю. Можно подойти поближе, но я предпочитаю смотреть вот так, прямо с лестницы.

Массивные катушки и шестеренки, которые дают жизнь огромному циферблату, смотрящему на площадь Рынок. Всё за мутноватым стеклом, чтобы никто не надумал потрогать рукой.

В какой-то момент свет гаснет, и… стеклянный короб обвивают черные щупальца.

Я забываю дышать, не могу отвести взгляд. Это что такое?

Щупальца омерзительны до дрожи. Хочется заорать, только горло будто перехватывает стальными тисками. Одно щупальце отлепляется от короба, оставляя слизистый след, с силой размахивается и бьет по стеклу.

От звона я практически подпрыгиваю и тут же чувствую, как сжимают моё плечо.

— Эй! ― В голосе Игоря явное беспокойство: ― Голова закружилась? Смотри не рухни, я не поймаю.

Падать тут особо некуда, но голова гудит, по виску течет холодный пот.

Не так. Что-то не так. Не так.

Я видел это собственными глазами. Сейчас уже ничего нет. И за нами стоят парень и девушка, которые тоже поднимаются на башню.

— Что-то случилось? ― спрашивает девушка приятным мелодичным голоском.

Я встряхиваю волосами и делаю шаг на следующую ступеньку.

— Нет. Простите. Засмотрелся на механизм.

Это чистая ложь. Игорь это прекрасно понимает, но мудро молчит. Правильно, не время сейчас для разговора. К тому же со светом всё по-прежнему, ничего странного из углов не показывается, и я начинаю сомневаться. Может, просто показалось? Но подождите… слишком уж реалистично.

Я набираю воздуха в грудь и пытаюсь сосредоточиться на подъёме. Сейчас не до этого. Просто переставлять ноги. Просто идти.

В итоге мы оказываемся на смотровой площадке. Ветер такой, что может сдуть и унести на окраину Львова.

Я подхожу к ограждающей стене и смотрю на разноцветный город, утопающий в зелени деревьев и кое-где начинающих распускаться цветов. Смотрю невидящим взглядом, пытаясь уловить всю красоту, но почему-то ничего не получается. Всё кажется размытой мозаикой. Голоса туристов отвлекают и не дают сосредоточиться на том, что так и оживает перед внутренним взором.

Чёрное, черное щупальце, которое хотело обнять меня, но по ошибке оказалось возле часового механизма.

Снова вздрагиваю. Так, хватит. Возьми себя в руки, не кисейная барышня. Может, от усталости мерещится всякое?

Увы, я прекрасно понимаю: нет никакой усталости, дело совсем в другом. Даже хочется объяснить все тем, что Ярасланов потихоньку сыпанул мне в еду какой-то галлюциноген, но тут же я отметаю эту идею ― нереально. Если только он не в сговоре с официанткой. Но… откуда они могли знать, где именно я решу пообедать?

Взгляд выхватывает веселенькую крышу с изображением белого то ли коня, то ли единорога. Под палящим солнцем, дождями и снегом он, конечно, изрядно потрепан, но всё равно горделив и задорен.

Я ловлю на себе пристальный взгляд Игоря, достаю смартфон и делаю несколько кадров, ведь и за этим сюда тоже поднимался. Быстро улыбаюсь, мол, всё нормально. Потом отхожу в сторону, чтобы дать подойти троим ребятам азиатской внешности и посмотреть на город.

— Мне не нравится твоя физиономия, Шут, ― произносит Игорь, снова поравнявшись со мной. ― Выглядишь ты откровенно хреново.

— А ты умеешь сделать человеку хорошо, ― с ехидцей замечаю я.