Книга Тень ворона над белым сейдом, страница 25 – Марина Комарова

Однако… возникла весьма неоднозначная ситуация, когда мы решили ложиться спать. Ведь в служебной квартире Гуннара были только одна кровать и диван. Гуннар предложил кровать мне. Но сделал это с таким выражением лица, словно мы больше никогда друг друга не увидим. Я могла рассмеяться, но у самой внутри вдруг начало тянуть такой болью, будто лишаюсь чего-то важного. Прямо здесь и сейчас.

— Гуннар, - тихо сказала я, и он вскинул голову, оторвавшись от созерцания второй подушки. - Я не хочу одна…

Сказала и сама смутилась. До конца сказать, что именно не хочу одна, было неловко. Но отчаянно, до боли… я не хотела спать одна, когда он был рядом.

— Есть предложения? – немного хрипло спросил Гуннар.

— Может… - Я посмотрела на мебель, прикидывая, что можно сделать. – По высоте они почти одинаковые. Давай попробуем разложить диван и подвинуть кровать? Нам за это ничего не будет?

Гуннар некоторое время молча смотрел на меня, словно не ожидал такого предложения. А потом подошёл быстрыми шагами и стиснул в объятиях. Настолько крепко, что воздух исчез из лёгких, и я невольно охнула.

— Я знал, что сделал правильный выбор, - прошептал он и накрыл мои губы, не давая сопротивляться.

* * *

Я уснула сразу, едва голова коснулась подушки. Точнее, плеча Гуннара. Хоть и думала, что не сомкну глаз. Гуннар явно хотел больше, чем всего один поцелуй, после которого пришлось потом восстанавливать дыхание, но… оказался понимающим и деликатным. Ни к чему не принуждал и не пытался взять силой.

А когда мы легли, просто стиснул в крепких объятиях, показывая, что никому не отдаст. И не отпустит.

Сейчас я бы ни за что не призналась, но не было даже подходящих слов, чтобы отблагодарить его. Никому не отдам… Пусть для кого-то это нестерпимое клеймо и причина для гнева, а для меня — спасение от холодных ночей и пустых дней. Не знаю, почему, но именно эти слова дают какое-то странное спокойствие и веру в то, что ты нужна. Не отпустят, не выгонят…

В объятиях Гуннара было жарко и сладко. Даже просто лежать и чувствовать, как проваливаешься в бездонную пропасть полночного сна. Чувствовать его пальцы в своих волосах и слышать ровное дыхание. Или это уже и есть сон?

Границы между реальностью и дрёмой размылись, я не сразу поняла, что что-то не так. Потому что плотно закрытое окно вдруг открылось, подул морозный ветер, от которого пробежали мурашки по коже, хоть я и была накрыта шерстяным одеялом — Гуннар уделил этому особое внимание, помня, что я не северянка.

На подоконник ступила аккуратная ступня, босая и маленькая, явно девичья. Я только недоумённо моргнула. Спустя секунду поняла, что вижу юную стройную девушку в бледно-голубом платье и с распущенными белыми волосами ниже талии.

Она некоторое время стояла на подоконнике, ветер играл шелковистыми, отливающими синевой, прядями. И хоть она не подходила ближе, мне стало не по себе. Неожиданно ярко блеснули её глаза: огромные голубые озёра, уже затянутые коркой льда, хоть зима и только-только вступает в свои права… да что там, только подходит! Но уже на душе муторно и страшновато.

— Хорошенькая, — неожиданно тихо сказала она, и я невольно вздрогнула.

Заметила, улыбнулась, покачала головой.

— Ну, тише-тише, не буди своего ворона, дурашечка. Он теперь за тебя что-то выклюет тому, кто посмеет обидеть. Ты меня не бойся, я — Сванен. Долго объяснять, как оно и что, Гуннар и колдун всё расскажут. Колдун тебе понравится.