Книга Тень ворона над белым сейдом, страница 12 – Марина Комарова

А потом… стало плохо. Воздух исчез из лёгких. Через несколько секунд я, кажется, пришла в себя, ощутила щекой густой ворс ковра. Услышала в коридоре чьи-то голоса, хотела позвать на помощь и в ужасе осознала, что не могу произнести ни слова. Конечности заледенели, сознание снова заволокло туманом. А потом — непроглядная тьма.

Я провела ладонью по предплечью, растирая, пытаясь согреться и прекрасно понимая, что это ничего не даст. Не сейчас, не здесь. А среди этих звёзд можно и умереть.

От этих мыслей вздрогнула, чувствуя, как по позвоночнику пробежал холодок. Нет, не надо об этом думать. И, неуверенно сделав шаг, медленно побрела вперёд. Стоять нельзя, надо что-то делать.

Откуда-то сверху донесся глухой звук, похожий на хлопанье крыльев огромной птицы. Воображение тут же услужливо нарисовало огромного ворона. Я стиснула зубы. Боюсь воронов с самого детства. Хотя толком не могла никогда объяснить этот страх. Просто в памяти остался ворон с жутким клювом и бездонно-черными глазами. Он смотрел на меня так, словно хотел уничтожить. Оказаться возле лица и ударить, лишив глаза. А потом долго-долго смотреть, летая над головой. Потому что прекрасно знает, что у меня остался второй глаз. И стоит подождать, улучить момент… Чтобы подкрасться, оказаться очень близко, коснувшись черными перьями щеки, и…

Мне не было и года. Говорят, человек не может сохранить столь ранних воспоминаний. А такой маленькой родители никогда меня не бросали, чтобы мне смогли навредить зверь или птица. Потом, когда рассказывала им, не поверили. Сказали, что приснилось. Потом — что выдумала. У меня всегда была богатая фантазия, не зря я стала писательницей. Но сколько бы ни прошло лет, я знала: ворон настоящий. Это после появления в реальности он стал частым гостем моих кошмаров. Только после…

— Юлианна… — принес ветер моё имя.

Я резко обернулась. Нет, никого нет.

Сжав кулаки так, что побелели костяшки пальцев, я пошла дальше. Господи, сделай так, чтобы это был всего лишь обморок и странные галлюцинации. Не кома или смерть. Последнее вообще как-то в голове не укладывалось. Хотя вполне могло случиться.

И тут же по телу будто пробежала горячая волна. Нет, не может быть! Перед мысленным взором появились тёмные глаза хмурого мужчины, который был рядом с приветливой Янникой. Глава Дома Стражей, Гуннар Брёнхе. Он стоял чуть вдалеке, рассматривал всех прибывших. Задумчиво, не показывая никаких эмоций. Но мне всё время хотелось отвернуться от улыбчивой миловидной секретарши, говорившей важные вещи, и смотреть только на Гуннара. В нём было что-то необъяснимое. Притягивающее, не дающее спокойно мыслить и рассуждать. Нечто такое, что не описать словами. И в какой-то момент захотелось не только смотреть, но оставить всех и подойти к нему. Ощутить то же странное царапающее волнение, что и при виде каждого пролетающего ворона. И страшно, и жутко интересно: кинется или пролетит мимо?

Очень странное чувство и немного болезненное. Но болезненность не та, к которой я привыкла. А какая-то другая… словно крутая выщербленная ступенька, преодолев которую, я наконец-то почувствую облегчение.

Он наблюдал, и мне стало не по себе. Усилием воли я постаралась взять себя в руки и смотреть на Яннику. И, к своему неудовольствию, обнаружила, что прослушала практически всё, что могла. Поэтому пришлось задерживать её у входа и переспрашивать.