Книга Отказался от жены? Верни мне мои семь лет, страница 93 – Майкл Скофилд

Я перечитала.

— Кто написал?

Архивист проверил подпись.

— Домовой лекарь.

— Почему изменился вывод?

Эйда нашла приложение.

— Есть консультация Палаты Огненных Союзов между этими двумя обследованиями.

Вот здесь мы все замолчали.

Документ был коротким.

Домовой лекарь отправил в центральный медицинский совет Палаты мои показатели и спросил, требуется ли полное исследование живой нити.

Ответ пришел через неделю.

«При отсутствии признаков острого повреждения живого контура и при подтвержденной стабильности драконьего ядра расширенный аудит жизненного ресурса не является обязательным. Наблюдаемую динамику следует оценивать в рамках прогрессирующей супружеской совместимости».

Я нахмурилась.

— «Совместимости»?

Эйда прочитала оригинал внимательнее.

— Здесь дальше уточнение. «При снижении показателей супруги — прогрессирующего нарушения совместимости».

То есть полную живую нить не проверили не потому, что никто не заметил ухудшения.

Проверку рассматривали.

И от нее отказались после консультации Палаты Огненных Союзов.

— Есть фамилия специалиста? — спросила Мериса.

— Нет. Ответ подписан медицинским советом и заверен печатью отдела.

— Значит, нужно запросить внутренний журнал исполнителей.

Келлан записал.

Адриан стоял рядом со мной.

Я не смотрела на него.

Пока.

На четвертом году медицинская карта уже использовала формулировку «репродуктивная реакция на огненный союз ниже ожидаемой».

На пятом — «устойчивое снижение супружеской совместимости».

На шестом — «прогрессирующая репродуктивная несовместимость».

На седьмом — то самое заключение, на основании которого совет потребовал развод.

Я видела эту последовательность раньше.

Но не черновики.

В закрытом архиве сохранялись не только окончательные медицинские заключения, но и рабочие записи врача.

Именно там обнаружилось главное.

На пятом году черновая запись выглядела иначе:

«Общее истощение восстановительного ресурса неизвестного происхождения. Репродуктивные показатели вторично снижены. Необходимо исключить хронический магический отток».

Я прочитала строку три раза.

— Хронический магический отток.

Эйда кивнула.

— Это первоначальная формулировка.

На полях стояла отметка:

«После консультации с медицинским отделом ПОС заменить терминологию в итоговом заключении».

В окончательном документе никакого оттока не было.

Только несовместимость.

У меня заледенели пальцы.

— Кто потребовал заменить?

Архивист искал приложение.

Нашел.

Еще одно письмо из Палаты Огненных Союзов.

В нем не было приказа фальсифицировать диагноз.

Формулировка была намного аккуратнее.

«В случаях длительного союза с действующим модулем стабилизации ОП-1 снижение общего восстановительного резерва супруги без признаков острого повреждения следует классифицировать как проявление прогрессирующей супружеской несовместимости. Термин “хронический магический отток” не рекомендован без установленного внешнего источника потери».

Я медленно положила лист на стол.

— Внешнего источника.

Эйда посмотрела.

— Да.

— А источник находился в самой брачной печати.

— Если наш текущий аудит верен, да.

— Которую эта же Палата и утвердила.

— Да.

Вот теперь стало тяжело сохранять спокойствие.

Не потому, что нашелся окончательный приказ красть жизнь.

Его не было.

Но система выглядела все хуже.