Книга Отказался от жены? Верни мне мои семь лет, страница 38 – Майкл Скофилд

Мне нравилось это несовершенство.

Здесь ничего не было готово за меня.

Я сняла пальто, заварила чай и открыла копию заключения.

Потом достала семь бордовых папок.

Разложила по годам.

На каждой стояла моя подпись.

Собственная.

Настоящая.

Но под ней работал другой договор.

Не тот, который мне показывали.

Я не чувствовала себя глупой.

Это было важно.

Информированное согласие придумали именно потому, что человек не обязан быть мастером каждой области права, медицины и магии, чтобы защитить себя от скрытого условия.

Я могла быть специалистом по гражданским клятвам и все равно иметь право доверять мастеру, который говорит, что передо мной обычное подтверждение брака.

Проблема была не в том, что я не нашла спрятанное.

Проблема была в том, что его спрятали.

Я открыла первую папку.

Потом вторую.

На шестой нашла запись:

«По просьбе сторон подтверждение проведено в вечернее время. Перенос даты признан недопустимым».

Вот оно.

Я сделала копию строки для Мерисы.

Затем достала чистый лист и написала:

«Проверить: требование строгой даты годовщины. Кто его устанавливал? Было ли оно стандартным для всех драконьих браков или только для отдельных печатей?»

Ниже добавила второй вопрос:

«ОП-1. Найти старые формы супружеской опоры».

А потом третий:

«Есть ли другие расторгнутые браки, где после закрытия печати обнаруживался жизненный долг?»

Я отложила перо.

Сегодня мы уже знали достаточно, чтобы перестать считать семь лет ошибкой измерения.

Кто-то встроил в наш брак второй слой.

Каждый год он делал одно и то же.

Забирал у меня ровно одну единицу жизненного срока и передавал ее Адриану.

Не случайно.

Не один раз.

Семь.

И если такой шаблон использовали не только в нашем браке, искать ответ следовало уже не в личной истории Ревалей.

Глава 6. Одиннадцать бывших жен

На следующее утро я пришла в архив Королевской Палаты Клятв еще до открытия основного читального зала.

Семь бордовых папок с документами годовщин остались дома. Я не хотела таскать их по городу без необходимости, да и сегодня меня интересовал уже не собственный брак.

Вчерашний аудит дал слишком ясный вопрос.

Если скрытый слой был частью стандартного шаблона, то где-то должны существовать другие женщины, которые подписывали похожие документы.

Если же наша печать была исключением, это тоже следовало установить.

Я начала с самого простого: открытого реестра расторгнутых браков правящих драконьих домов за последние восемнадцать лет.

Доступ к нему не требовал действующей лицензии. Любой гражданин мог получить сведения о дате заключения и расторжения брака, сторонах, наличии зарегистрированных имущественных и магических споров, а также итоговом статусе союза. Медицинские подробности, внутренние договоры и структура печати оставались закрытыми.

Мне пока хватало открытого.

Архивариус выдал мне три толстых каталога и предупредил:

— Полный поиск по драконьим домам займет время. У нас нет отдельного указателя по причинам развода.

— Я и не хочу искать по причине.

Он посмотрел внимательнее.

— А по чему?

— По длительности брака.

— Это придется считать вручную.

— Знаю.

Он пожал плечами.

Наверное, решил, что перед ним очередная бывшая жена, которая ищет подтверждение собственной обиды в чужих разводах.