Книга Отказался от жены? Верни мне мои семь лет, страница 150 – Майкл Скофилд

Адвокат Огненных Союзов поднялся.

— Правильно ли я понимаю, что закрытые технические функции в принципе допустимы в сложной брачной магии?

— Конечно.

— То есть сам факт отсутствия их полного технического описания в гражданском тексте не делает печать незаконной.

— Нет.

— Благодарю.

Он сел.

Я заметила, как Мериса сделала отметку.

Никто не спорил с тем, что брачный договор не обязан объяснять человеку устройство каждого защитного узла.

Проблема была не в сложности.

Проблема была в том, что один из этих узлов забирал имущество, которое закон относил к особо охраняемому.

Орен Тааль выступал следующим.

Он принес не оригинал древней формы, а заверенную историческую копию, которая уже много раз проходила по делу.

Супружеская опора жизненного контура.

Форма первого типа.

ОП-1.

Она существовала задолго до современных Огненных Союзов.

— Был ли механизм жизненной поддержки дракона супругом изначально незаконным? — спросила Летта.

— Нет.

— При каких условиях он применялся?

Орен перечислил.

Тяжелое повреждение ядра.

Отдельное объяснение.

Добровольное согласие.

Точно указанный объем.

Независимый свидетель.

Регистрация.

Обязательный возврат после выздоровления или прекращения брака.

— Могло ли согласие на сам брак считаться согласием на жизненную передачу?

— Нет.

— Почему?

Орен посмотрел на адвоката Огненных Союзов.

— Потому что человек имеет право вступить в брак, не становясь донором жизненного ресурса. Закон различал эти действия даже тогда, когда большинство нынешних институтов еще не существовало.

Адвокат поднялся.

— Но древняя форма создавалась в другой правовой системе.

— Конечно.

— До современной автономии драконьих домов.

— Да.

— До реформы внутреннего контроля.

— Да.

— Следовательно, ее правила не могут автоматически применяться ко всем современным огненным функциям.

Орен даже не изменился в лице.

— Автономия может менять процедуру регистрации. Она не может без прямого закона отменить право владельца жизненной нити знать, что у него забирают жизненный ресурс.

— Вы утверждаете, что существует абсолютный запрет на отраслевое регулирование таких передач?

— Нет. Я утверждаю, что отраслевое регулирование не превращает чужой год жизни в техническую деталь чужого ядра.

В зале стало очень тихо.

Вот за это я и любила Орена.

Он мог сорок минут издеваться над моей пунктуацией.

А потом одной фразой вытащить из сложного закона самую важную вещь.

После него выступали врачи.

Айра Сен объяснила мое состояние до возврата.

Лоран Дейл — динамику после каждой реституции.

Не обещания.

Не предположения о том, сколько именно календарных лет я проживу.

Измеримые показатели.

Объем живой нити.

Скорость восстановления.

Устойчивость магии.

Изменение хронической слабости.

Шесть возвращенных единиц дали устойчивое улучшение.

Одна оставалась недостающей.

Рейнар Соль говорил об Адриане.

С каждой процедурой внешний стабилизирующий слой его ядра уменьшался.

После шестой единицы он больше не мог безопасно принимать полную драконью форму.

Его природное ядро сохранялось.

Собственное пламя существовало.

Но искусственный запас, к которому организм привык за семь лет, почти исчез.

— Можно ли с медицинской достоверностью утверждать, что жизненный ресурс Ливии Морен усиливал Адриана Реваля? — спросила судья.