Книга Отказался от жены? Верни мне мои семь лет, страница 144 – Майкл Скофилд

Дайн Орш — финансовые счета и программу стабилизационных единиц.

Саймон — процессуально допустимую часть уголовных материалов: реестр, централизованные назначения, служебные книги, показания Нела Борса и Виттара Орса, медицинский протокол с предупреждением о последствиях после нескольких циклов.

Никто не должен был рассказывать все дело от начала до конца.

Каждый отвечал только за свою часть.

Мне это понравилось.

Одна история.

Много независимых подтверждений.

Именно этого не было в нашем браке, когда все важные решения годами проходили через одну и ту же систему Огненных Союзов.

Судья закончила список.

— Последний вопрос. В связи с тем, что завтра предполагается проведение финальной реституции при условии медицинского допуска, независимая комиссия подтверждает готовность обеих сторон?

Айра ответила:

— Состояние Ливии Морен позволяет принять последнюю единицу.

Рейнар добавил:

— Состояние Адриана Реваля позволяет вернуть ее при условии немедленного запрета полной драконьей трансформации после процедуры. Прогноз адаптации благоприятный, но срок восстановления заранее определить невозможно.

Адвокат Огненных Союзов спросил:

— Речь может идти о необратимой утрате способности полноценно обращаться?

— Теоретически такой риск нельзя назвать нулевым, — ответил Рейнар. — Но имеющиеся данные показывают, что собственное ядро господина Реваля существовало и функционировало до брака без внешних единиц. Мы ожидаем перестройку, а не потерю драконьей природы.

— На какой срок он может оказаться неспособным выполнять традиционные функции главы?

— От нескольких недель до нескольких месяцев. Возможно дольше. Это зависит от индивидуальной адаптации.

Я слушала.

Мы знали это уже давно.

Но завтра эти слова прозвучат перед людьми, которым будет очень удобно назвать последнюю единицу «необходимой».

Я посмотрела на Мерису.

Она поняла.

— Военная передача подтверждена, — сказала она. — Королевская администрация уже установила, что отсутствие полной формы Адриана Реваля не создает неустранимого риска для восточных территорий.

— Я не спорю с военной стороной, — ответил адвокат. — Я говорю о личных последствиях для должника.

Судья закрыла папку.

— Господин Реваль дал безусловное согласие. Если завтра он его сохраняет и медицинская комиссия подтверждает допуск, правовых оснований удерживать последнюю единицу только ради сохранения его должностного положения суд не видит.

Вот и все.

Но я уже знала, что до утра Адриану дадут еще один шанс передумать.

Не суд.

Его собственный дом.

И Огненная Палата.

После заседания я спустилась в нижний холл и увидела Гаррета Норна.

Впервые так близко после того, как прочитала медицинские протоколы с его участием.

Раньше мы пересекались на общих мероприятиях. Здоровались. Возможно, однажды даже сидели за одним длинным столом на приеме дома Реваль.

Тогда он был для меня просто главой важной Палаты.

Теперь рядом с его именем существовали совсем другие вещи.

Реформа.

Программа.

Служебные совещания.

Решение не вводить отдельное информирование.

Классификация ухудшения состояния доноров как супружеской несовместимости.

Норн разговаривал со своим адвокатом и двумя королевскими служащими. Свободу его передвижения уже ограничили в рамках уголовного производства, но под стражу пока не заключали.