Книга Бывший, которого невозможно заблокировать, страница 19 – Мариэль Сальвия

— Мира, я знаю, ты не любишь драматизировать, но два появления за день, это не совпадение и не игра воображения. Иди в полицию. Сегодня.

— И что я скажу? Мужчина в старом пальто на меня смотрит и исчезает физически невозможным образом? Меня отправят к психиатру, а не заведут дело.

— Тогда хотя бы сфотографируй его в следующий раз. Хоть какое-то доказательство.

Мысль подруги была разумной, хоть и запоздалой. Почему она сама не подумала об этом раньше, вместо того чтобы пытаться подойти и заговорить? Мира пообещала себе, что в следующий раз сначала камера, а потом вопросы.

До мастерской она дошла без происшествий. Отперла дверь, включила свет и первым делом обошла всё помещение, проверяя каждый угол и закуток за стеллажами. Дурная, а может статься и очень полезная привычка последних дней.

Убедившись, что мастерская пуста, она занялась работой. Тонкая, почти ювелирная резьба по влажной глине. Перья крыльев требовали от мастера концентрации и твёрдости, так работа постепенно вернула ей ощущение контроля над своей жизнью и ангелом в её руках.

Часа через два крылья были почти закончены, Мира решила выйти на улицу подышать. За долгие часы мастерская наполнилась запахом мокрой глины и растворителя, и у неё начинала кружиться голова.

Она вышла на крыльцо, накинув пальто прямо поверх рабочего фартука. Тихая улица, молчавшее через дорогу кладбище. Редкие прохожие спешили домой, на противоположной стороне у кованной ограды кто-то выгуливал собаку. Мира прислонилась спиной к двери и смотрела на тёмное зимнее небо без звёзд, даже здесь в тёмном малолюдном районе, городская засветка съедала их мерцание.

— Не думал, что застану вас здесь в такое время, — голос прозвучал откуда-то сбоку. Мира резко обернулась, уже пожалев, что оставила телефон в мастерской.

В нескольких шагах от крыльца, под единственным работающим фонарём на этой улице, остальные, как правило барахлили или не светили вообще, стоял высокий мужчина в чёрном пальто.

На этот раз расстояние позволяло разглядеть лицо, и Мира смотрела на него со смесью страха и невольного любопытства, как разглядывают призрака из детских ужастиков, с которым наконец столкнулись лицом к лицу после нескольких дней преследования.

Лицо, как и поза у мужчины были абсолютно нечеловеческими. Мимические мышцы словно работали у него по другим, незнакомым Мире правилам. Красивые черты, но в каком-то ином холодном, отстранённом смысле. Острые скулы, прямой нос, как на скульптурах, что она делала. Чёрные глаза, смотрели без враждебности, но и без тепла. Скорее с внимательным, изучающим спокойствием. Возраст определить было сложно, где-то между тридцатью и сорока. Но что-то в его манере держаться подсказывало, что возраст — это скорее внешняя оболочка, чем счёт прожитых лет.

— Кто вы? — Мира постаралась, чтобы голос звучал твёрдо. — Почему вы следите за мной? Я видела вас сегодня трижды. И это не считая предыдущих дней.

Мужчина слегка наклонил голову, со странной, почти аристократической вежливостью человека, который обдумывает слова, прежде чем произнести их вслух, и не позволяет себе роскоши бросаться пустыми фразами.

— Я не слежу. Я приглядываю. Это разные вещи.

— Для меня — никакой разницы нет. — Мира шагнула вперёд к мужчине. Злость, копившаяся всё это время, наконец нашла адресата. — Вы появляетесь у моей мастерской. Потом на улице, перед самой аварией. Трижды только за сегодня. И всё это время молчите или сразу исчезаете, стоит мне подойти. Это называется преследованием, и я имею полное право обратиться в полицию.