Книга Смоль и сапфиры. Пара для герцога, страница 187 – Таня Нордсвей

— Пошли уже, дружище, — говорю я, и мы растворяемся в ночи.

* * *

Всё-таки собраться вновь после вчерашнего вечера было довольно плохой идеей. Учитывая, что даже несмотря на все размолвки внутри нашего круга, прошло слишком мало времени с тех пор, как некоторые из нас пытались перегрызть друг другу глотки.

Стол в большом зале подлежал замене, поэтому я сказал прислуге накрыть обед в гостиной. Там был небольшой стол, однако во избежание конфликтующего соседства за трапезой я благоразумно уточнил, что лучше внести ещё несколько небольших столиков с угощениями. Подобная тактика всегда срабатывала десятилетиями, но не в этот день.

Блайдд, уже до этого сходивший на охоту с племянником, занял один из диванов в углу гостиной и потягивал вино. Митрис довольно успешно совершил набег на погреб и теперь наслаждался компанией вина столетней выдержки в кресле возле Лайлы. Сама же девушка старалась не пересекаться со мной взглядами, то и дело краснея и медленно наслаждаясь едой, которой доверху полнилась её тарелка. Я был рад, что Лайле вернулся аппетит. А вот бросающему на неё взгляды Митрису, не очень. Я не успел поговорить с ним из-за обещания Джонатану срочно решить вопрос о дальнейшей судьбе Лили с Блайддом. И теперь очень жалел, что возможность ясно выразиться на счёт Лайлы была упущена и теперь мне оставалось лишь не сводить с Митриса хмурого взгляда весь обед. А на взгляды Митрис плевать хотел — он всегда был тем ещё паршивцем.

— Ску-у-у-ка… — протягивает Дженна, свисая с деревянной балки у самого потолка. Через мгновение она уже оказывается лежащей на длинном, мраморном кофейном столике возле Блайдда и начинает рассматривать свои аккуратные ногти. — Вы все стали такими банальными, аж противно! В вас иссяк дух авантюризма!

Эту нудную речь мы получили за отрицательный ответ на вопрос Дженны «Может, пошалим?» и уже выслушивали довольно долго.

Прекрасно зная в чём, заключаются подобные «шалости» Дженны, а также её странную любовь к охоте на мелкое зверьё, каждый из нас предпочёл отказаться, нежели изваляться в лесной грязи после дождя.

— Это уж точно, — поддакивает Дженне Тиона, уплетая тёплые булочки за обе щеки. Сегодня она ещё более румяная и энергичная, нежели вчера — вот что значит хорошая ссора перед сном! — Даже драться толком разучились…

Рей, стоящий возле стены с бокалом крови, никак не реагирует на этот выпад рыжей ведьмы.

Вчера нам пришлось многое обсудить, и я крайне надеялся на благоразумие друга. Утром я поговорил ещё и с Тионой, однако ведьма явно имела своё мнение на данный счёт, поэтому я уповал лишь на выдержку Рейнольда и его умение держать себя в руках.

Сегодня Рейнольд выглядит так, будто вчера не было никакого срыва, и он не был по локти в крови. Его чёрная рубашка свежа, камзол идеально разглажен и чист, волосы укорочены и педантично расчёсаны, а вся его фигура представляет собой идеал аккуратности и вежливости. И я надеюсь, стальных нервов Рея хватит, чтобы нам всем пережить сегодняшний день.

Рей отпивает из бокала и Тиона морщится.

— Фу. Можно хотя бы не прямо напротив меня пить эту гадость? — ворчит девушка и я начинаю задумываться о том, что скорее всего утренний разговор с ведьмой придётся повторить. Раза два.

— Все ведьмы такие неженки? — спокойно парирует Рей, доставая из кармана камзола белоснежный платок и аккуратно смахивая им оставшуюся на губах кровь. — А я думал, вы сами не прочь делать те же самые заговоры на крови. Кстати, раз я тебе так противен, что не приворожишь меня?