Книга Пламя в темноте, страница 117 – Таня Нордсвей

Уже было поздно.

Ребекка разбудило то запретное во мне, что годами спало в тёмном уголке моей души. И теперь этот греховный огонь был готов сжечь нас к Некмету. А у меня больше не осталось терпения противиться ему.

Я рывком притянул её к себе, с жаром отвечая на поцелуй и углубляя его. Зарывшись в её мягкие волосы и скользнув рукой по её бедру, я почувствовал, как она задрожала.

Ребекка вся пылала от желания, равно, как и я.

Я терзал её губы, спускаясь к шее и оставляя дорожку из влажных поцелуев. Запах её кожи сводил меня с ума.

Несколько раз за прошедшие недели я ловил себя на мысли о том, что не могу чётко ответить на вопрос, чем же пахла эта девушка. Чистотой? Хотя разве чистота может пахнуть? Тогда может… Белой розой? Лилией? Сандалом?

Но при этом я знал её запах наизусть. И всегда мог понять, что она находилось рядом, почуяв его.

Сейчас Ребекка была одновременно и моей пустыней, и водой, пока я мучился от жажды её тела. А еле различимый аромат её кожи усугублял ситуацию, грозя полной потерей моего рассудка.

Я покрывал её плечи и шею жаркими поцелуями, сминая ткань и лаская бёдра. Ребекка же ластилась ко мне, словно котёнок. Из моего горла вырвалось тихое рычание, когда я скользнул руками под её платье, где пылала жаром её нежная кожа.

Вновь впившись поцелуем в её губы, я осознал, как близко находился к краю. И предпринял последнюю попытку, выдыхая ей в губы:

— Я не хочу тебя принуждать к чему-либо.

Мои слова едва были похожи больше на утробное рычание, нежели на что-то членораздельное. Прижавшись лбом к её лбу, я смотрел в её серые глаза, медленно разрывающие меня на куски.

— Я хочу тебя, Шаян Фархад, — услышал я жаркий шёпот моей шерравет, и почувствовал, как кровь мгновенно приливает к члену. — Хочу так сильно, что если ты откажешь, мне придётся тебя принудить самой, наплевав на твои слова про то, что кадеты и ученики не остаются в твоей спальне на ночь. Да и к тому же, я уже там спала.

Эта девчонка точно нарывалась…

— А ты и не кадет, Ребекка, — ответил я, вновь впиваясь ей в губы. А после, легко подхватыв на руки и закинув себе на плечо, понёс её в башню.

Ребекка отошла от шока и начала брыкаться только когда мы уже оказались почти возле двери. Я занёс её в свою спальню и уложил на кровать, мгновенно припечатывая к матрасу и лишая возможности двигаться.

И тут же её дерзкий взгляд иглами впился в меня. Ребекка вздёрнула свой нос, не растеряв своего норова даже будучи полностью обездвиженной.

— Значит, ты до сих пор не научилась тому, что приказы нужно выполнять? — хрипло прошептал я ей на ухо, чувствуя, как её кожа покрывается мурашками.

Я знал, что Ребекка уже моя и сейчас выполнит всё, что я ей прикажу, но мне хотелось насладиться ощущением покорной девушкой подо мной.

— А может мне нравится выводить тебя из себя? — с этими словами она потёрлась об меня бёдрами.

Зря Ребекка это сказала, очень зря.

Оставив влажную дорожку поцелуев на её шее, я спустился к груди, вызвав у неё тихий стон.

Чёртово платье! Мне хотелось изорвать его в клочья после того, что произошло в зале. Но сейчас я желал помучить Ребекку также, как она день за днём изнуряла меня.

Ощущать полную власть над этой девушкой было сродни сбывшейся мечте о рае, но в то же время полным противоречием, терзающим меня сродни самой жестокой пытке.