Книга Бизнес, любовь и много чего ещё, страница 98 – Одри Роуз

Наливаю, делаю пару глотков и выхожу из кабинета. Моя древняя традиция – с горячей чашкой обходить опенспейс и смотреть, как там дела. Чувствую себя учителем, ей-богу. Будто прохожу у задних парт и так и вижу, как у всех становятся более серьезными лица, как выравниваются плечи и делаются более умными взгляды. Во время этого обхода меня обязательно останавливают, чтобы спросить что-нибудь важное о рабочих задачах. А я и рад отвлечься. Только бы снова не открывать документы дяди. Мне больно от осознания, что еще несколько дней назад эти бумаги предназначались для него и стояли на рассмотрение в его рабочем графике, а теперь в них вникаю я. Скорее бы этот адский период моей жизни закончился.

Может, подобное странно, но мне легче, когда я среди людей. Легче, когда спрашивают о чем-нибудь, на что так просто найти ответ. Или когда и вовсе задают вопросы, пусть и рабочие, но о чем-нибудь совсем уж малозначимом. Мозг отвлекается и расслабляется хотя бы на время. Может, Дейл прав? Может, мне и правда следует потратить один вечер на то, чтобы отдохнуть? Только ради того, чтобы потом работать еще эффективнее.

Минут десять я уже стою у стола Итона. Парень он толковый, но ленивый. У ленивого есть два пути. Первый и благополучный – это сразу все делать нормально, чтобы потом ничего не переделывать, второй и плачевный – это вынуждать других делать нормально за тебя. И, так как я уже знаю этот порок Итана, я не дам ему сесть на шею ни себе, ни кому-либо. А потому, дотошно все ему объяснив, я остаюсь прямо за спинкой его кресла, чтобы весом своей души не давать ему отлынивать.

Я буквально вынуждаю Итана печатать в таблицах давно необходимый в них текст. А потом в поле зрения вторгается она. Случайно. Подошла к Джошу, но тот не слишком спешит ей помогать. Она стоит у его стола и будто просит списать. Ей только раз объяснить и показать, что надо делать, как ее мозг мгновенно адаптируется. А без этой подсказки она застревает на месте.

— О'Гейл, какой у вас вопрос? – оставляю я Итана с его ленью и иду к Синди.

Голос мой ровнее некуда. Да и лицо тоже бесстрастное. Синди ушла из моего кабинета, не дав мне ясного ответа на вопросы о нас с ней. Она сбежала. Но мы слишком серьезные и взрослые люди, чтобы смешивать работу и личное. Я сейчас так вымучен делами, что у меня просто нет никаких сил переживать о наших взаимоотношениях. Или, возможно, я намеренно ухожу в работу так, чтобы не было никакого ресурса переживать. Может, я просто хочу убежать от правды, не желая ее принимать?

О'Гейл ведет меня к своему столу, и я правлю таблицу. Прошу Синди открыть пару файлов, где есть образцы, по которым мы делаем расчеты.

— Спасибо, мистер Уайлдер.

Ей не по силам скрыть неловкость. Не смущение. А именно неловкость. Синди неудобно из-за случившегося между нами накануне. Неужели она обо всем жалеет? Неважно. Мне нужно работать.

Возвращаюсь в свой кабинет, но меня, до того как я закрываю дверь, нагоняет мисс Макфи.

— Мистер Уайлдер! Вы уже видели новые цены от поставщиков? Вы уже спрашивали у них, не хотят ли они пойти к черту?

— Видел. Пока не послал. Сначала классически стараюсь договориться.

Макфи проходит в мой кабинет, что нормально, ведь самые важные вопросы, касающиеся фирмы, здесь всегда решаются нами двумя. Но сегодня, вместо того чтобы, как обычно, усесться в кресло, Сесилия сначала круглыми глазами смотрит на ящики алкоголя, а потом на меня.