Книга Малум, страница 48 – Юлия Макс

Эва намеревалась сказать, что нагло улыбающийся Баал точно здесь останется, но не стала, отвлекшись на Якуба. Он хлопал себя по карманам, очевидно, в поисках ручки. Странно, что Ягр так быстро согласился на эту работу. А как же служба в полиции? Эва заметила стиснутые челюсти и напряженные руки, крепко сжимающие договор. Детектив явно нервничал. Как он вообще здесь оказался?

— Расписаться надо не кровью? – съязвила Эва, не удержавшись.

Баал тотчас приблизился к ним и вытянул руку – в пальцах у него появилась обычная шариковая ручка.

Якуб улыбнулся, сбрасывая напряжение с лица, а Баал, словно и не заметив ее выпада, вручил ручку и отошел к креслу Фауста.

— Эва, это договор о найме, а не сделка с дьяволом, – ответил Фауст.

«А что, есть разница?» – огрызнулась она про себя и обратилась к Ягру:

— Постой. – Она положила руку на его локоть. – Ты хорошо подумал?

— Хорошо, – процедил он с неожиданной для Эвы горечью. – Сегодня утром меня уволили из-за Цвингера. Там я еще меньше раздумывал.

— Мне жаль, – тут же ответила она и убрала руку.

Фауст сверлил их взглядом, Баал скучающе рассматривал улицу за окном; в этой неуютной тишине был слышен лишь скрип ручки, которой Якуб подписывал каждую страницу договора.

Эва думала о том, что сегодня, ранним утром четверга, уволили и ее. Вернее, не так: от Эвы требовали статью по делу в Лукове, а она совершенно ничего не могла сочинить, кроме как написать о потустороннем существе. Что она и сделала и сдала главному редактору. На него тоже давили сверху, и, прочитав статью, которая выглядела полным бредом, редактор назвал Эву сумасшедшей, а она в ответ заявила, что увольняется. Иногда ее импульсивность грозила проблемами, но работу в редакции Эва любила. Чего она не любила, так это признавать свои ошибки.

После этого она приехала сюда, в дом Фауста. С Дэниэлем Эва виделась накануне, и он пригласил ее, пообещав дать ответы на вопросы об иной стороне привычного мира.

Едва Якуб поставил последний росчерк на бумаге, Эва ловко выхватила у него ручку из пальцев, но подписывать свой договор не спешила. В документе между последним пунктом в условиях и разделом оплаты было оставлено пустое место, и это ее смущало.

— Почему здесь пусто? – спросила она и демонстративно подняла лист бумаги на свет, чтобы убедиться, что там ничего не написано.

— Скорее всего, случайность, – почему-то безэмоционально ответил Фауст, отчего Эва насторожилась еще больше.

— А запасных распечатанных экземпляров без этого пропуска у вас, случайно, нет?

— К сожалению, нет.

Эва нахмурилась, покрутила ручку в пальцах, а затем наклонилась и нарисовала зигзаг на пустом месте, чтобы даже при желании туда нельзя было вписать дополнительный пункт, о котором бы она не знала. Она ощущала на себе взгляды всех присутствующих, поэтому быстро подписала свой экземпляр, не оставив себе права на сомнения. Водичкова знала: после того, что видела в Лукове, невозможно дальше жить в неведении. Она уже к этому прикоснулась. Она и он, Якуб. Он, кстати, повторил за ней, оставив такой же знак на своей копии договора.

— Итак, я рад, что вы приняли мое предложение. – Фауст, несомненно, был доволен, о чем говорили появившиеся ямочки на щеках от искренней улыбки. – Надеюсь, наше сотрудничество будет взаимовыгодным. До завтра подготовят ваши удостоверения. В договоре днем начала работы стоит следующий понедельник, но у меня для вас уже есть дело здесь, в Богемии.