Онлайн книга «Чужая земля»
|
— Что это, папа!? Им навстречу шёл крупный Гризли, только он был полупрозрачный и то исчезал, то появлялся вновь, передвигаясь призрачной поступью, а за крупной особью следовали шестеро таких же медвежат, но и это не всё. Рядом с ними так же проявлялись и человеческие силуэты, безликие мужчины и женщины, и вторых от первых отличал только бюст. Из одного домика выбежала запоздалая семья, но призрачные медвежата тут же сорвались с места и набросились на пару. Они играли и резвились, рвали, разбрасывая куски мяса и переломанные кости в разные стороны, буквально разбирая людей на запчасти. Отец Вольфганга не видел глаз, их у медведицы не было, но он понял, что она смотрит ровно на него. И он сделал то, что ему оставалось в такой ситуации. Со всех ног вернулся в дом, открыл крышку подпола. — Всё будет хорошо, сынок. Только запомни, чтобы ты ни услышал, наверх не вылезай и веди себя тихо! Понял? — Что происходит, папа? Кто это был на улице? — в ужасе спросил мальчик. Услышав нарастающий шёпот, мужчина буквально сбросил сына вниз, напоследок рявкнув. — Не вылезай! Он захлопнул крышку подпола, встал. Шёпот он слышал, рев медведицы, размазывающийся по сознанию, но в доме пока никого не наблюдал. Аккуратно пошел к выходу, но не поверил своим глазам, когда внутрь, прямо сквозь дверь прошли два полупрозрачных силуэта, и их от мужчины отделял лишь метр расстояния… * * * В ту ночь Вольфганг вёл себя тихо, как и велел отец. Он слышал много страшных звуков. Шёпот, рев, протяжный вой, но не двигался, потому что так сказал папа. Он был страшно напуган, и уснул от того, что перенервничал, сам даже не заметил. А проснувшись, отметил странную, аномальную тишину. Долго еще пролежал на сыром холодном полу, боясь шевелиться, по маленькой нужде сходил еще во сне, видимо, но голод, ходя под себя не утолить, и он осмелился выбраться. Аккуратно, беззвучно открыл крышку подпола, увидев сначала бьющие в окна солнечные лучи, а затем отца, к которому и сорвался, рухнув рядом с ним на колени. — Папа? Папа! Проснись!!! — кричал мальчик, теребя за руку обезглавленного мужчину с разодранной грудной клеткой… * * * Вольфганг отнял взгляд от ноутбука, прошел к окну, сделав едкую, тяжелую затяжку, и заговорил, так и глядя в окно, а в его голосе слышались странные тревожные ноты. — Восемьдесят пятый тогда был. Страна тогда вверх шла в каком-то смысле, отец рассказывал, что еще немного, и мы станем свободным от Германии государством. Когда Шёпот впервые напал, мне было восемь. Я папу тогда ждал дома, он задержался. Маму к тому времени отец похоронил, рак. Не в этом суть. Шёпот… они хлынули по всему миру лавиной, как плотину прорвало. Ночь была почти, весь наш сектор эвакуировали, папа не успел, буквально перед носом захлопнулись двери автобуса. Потом мы увидели гризли, здоровый такой, знаешь, бегемоту может ровня будет. Шестеро медвежат прямо на наших глазах соседей разодрали. Игрались, сука. С ними и люди были, Шёпота-людей больше всего. Папа со мной в дом забежал, в подпол забросил, велел не высовываться. А когда я от голода пухнуть начал, всё-таки вылез, там и жрать нечего ведь, да и стихло вроде всё. А когда я выбрался, то увидел папу. Лежал так же, как этот сержант, только в собственном доме со вскрытой грудиной, и голова отдельно. |