Книга Чужая земля, страница 45 – Анна Кунгурцева

— Конкретики хочешь, Гейнц? Иди, смотри!

Парень аккуратно обогнул стол и увидел на экране фотографию лежащего посреди куч мусора патрульного с разорванной грудной клеткой, переломанными руками, содранным скальпом и свернутой набок челюстью.

— Эх, ёб… — сглотнул капитан, тут же услышав очередную тираду начальника.

— Результаты анализов пришли. Сержант из Московского ОУП нахерачился в слюни и отрубился прямо на улице! Сука, немыслимо просто! С двадцати лет работаю в структурах и ни разу не было такого!

Парень поблагодарил себя за то, что ему хватило благоразумия не лезть на Нику, ведь если бы Шульц узнал, то гарантированно всадил бы ему пулю в лоб.

— Хм… это Шёпот его так?

— А у тебя еще какие-то варианты есть, Илья? Скажи, я послушаю! — выпалил Вольфганг, пихнул парня и схватил пачку со стола, закурив еще одну, и после пары затяжек немного успокоился, но при взгляде на фотографию его сознание моментально переместило в тот самый день.

* * *

Его отец тогда вернулся с работы позже, чем обычно, да и сам вечер был страшно напряженный. То и дело мальчик наблюдал в окно за тем, как по улицам сновали патрульные, стучали в дверь каждого дома, что-то в спешке объясняли, а если дети оказывались одни в жилище, их просто забирали с собой, таких нашлось трое, две девочки и один мальчуган. Он их знал лично, и их увезли, наверное, в безопасное место, хотя в чем заключалась опасность, никто еще не знал.

В частных секторах частенько случались перебои с электричеством, и никто не торопился их устранять согласно жесткой политики Германии о том, что люди – они люди только в самой Германии. Если найдется время и желание, устраним, а так – ждите. Вот и сейчас света не было уже второй день.

В дверь их дома тоже стучали, но Вольфганг не открыл. Папа строго наказывал – не открывать дверь никому, если нет взрослых, так он и поступил, и патрульные ушли. Точнее даже сбежали, а потом мальчик со слезами на глазах и нарастающим страхом смотрел, как люди покидают свои дома и набиваются в автобус.

Папа вбежал в дом, запыхаясь, с бешеным взглядом, который впрочем, стал чуть мягче, когда он увидел сына. Он подхватил его на руки, ничего не объясняя и игнорируя его плачь и вопросы о том, что происходит, почему так все напуганы.

— Всё хорошо будет, сынок, — единственное, что бросил мужчина, выбежал из дома и понесся к ПАЗику.

Но прямо перед его носом дверь переполненного до отказа автобуса с трудом захлопнулась. Он уже тронулся, но мужчина остервенело забил ладонью по кузову, привлек внимание водителя, и тот остановился.

— Нет мест уже! Всё, никуда вы не влезете там!

Отец Вольфганга растерялся, но ненадолго.

— Ребёнка хоть возьми! Пожалуйста! Возьми к себе!

Водитель сжал губы, уже открыл дверь, но его взгляд остановился на зеркале, он побледнел и тут же захлопнул дверцу обратно, включил передачу, и автобус сорвался с места.

— Да стой же ты! Ребёнка возьми!

— Папа… что происходит? — в слезах спросил Вольфганг, и когда мужчина, потеряв надежду уехать или хотя бы обезопасить ребёнка обернулся, его ноги подкосились, и он крепче прижал к себе сына.

В округе или у него в голове начал нарастать странный шёпот, смешки, глуховатые рыки, но судя по перепуганному взгляду Вольфганга он понял, мальчик тоже это слышит.