Книга Лавандовая ветвь, страница 52 – Хелена Хейл

— Селина, если ты не выйдешь прямо сейчас, я… не уверен, что устою перед тобой.

Не удостоив его ответа, я выскочила в коридор, добежала до своего номера и заперлась там. Около двадцати минут я просидела, подпирая дверь и касаясь пальцами губ, хранящих вкус поцелуя. Меня то знобило, то бросало в жар от непрошеного желания, я не могла найти в себе силы не только дойти до кровати, но и встать, а лишь тихонько шептала:

— Что это было, господи?

Наконец я направилась в душ, хотя мне совсем не хотелось смывать с себя запах Райана. Обхватив себя руками, я попыталась воспроизвести его объятия, но тут же опомнилась. Почему так сложно разобраться в собственных ощущениях? Я злилась и на него, и на себя за то, что поддалась искушению. Но ведь он действовал спонтанно, совершенно точно желая этого поцелуя не меньше меня. Его глаза. В них отражалась такая страсть, с какой на меня еще никогда не смотрели. Ох! Хватит на сегодня впечатлений. Спать. Срочно спать. Проворочавшись около двух часов, я все же уснула.

Утром мне хотелось весь день провести в постели, особенно после завтрака в номер. Ноги гудели после вчерашних танцев, а сердечный ритм учащался всякий раз, когда раздавались шаги за дверью. Следовало отвлечься, и лучшего способа, кроме как погрузиться в музыку, я не нашла. И действительно отвлеклась, даже успела вздремнуть. Я проснулась в момент, когда плейлист дошел до песни Hippie Sabotage «Devil Eyes», и вслух пропела:

— «В твоих глазах что‐то дьявольское, ты просто пришел и застал меня врасплох…» – но сразу, чертыхнувшись, выдернула наушники, пока не началась тахикардия. Как я раньше не замечала, что эта песня идеально описывает Дьявола?

Надо брать себя в руки. Я в Лондоне, городе, полном потрясающих зданий и видов, и какого‐то черта торчу в номере отеля! Наши вещи развезли по номерам, как только мы прибыли в Лондон, так что теперь я крутилась у зеркала, прикладывая к себе то одну вешалку, то другую. Остановив выбор на черных джинсах и укороченном ярко-голубом топе, я написала Эбби.

С: Спишь? Я уже готова к прогулке.

Э: Давно встали, Мэттью собирается с парнями в гольф-клуб, через пять минут поднимусь к тебе.

С::-^*.

Редко бывает, чтобы разница в пять лет между подругами была такой неощутимой. Может, это потому, что Эбигейл я воспринимала больше как сестру? С ней мне было комфортно так, как ни с кем другим. Пунктуальность – второе имя Эбигейл, через пять минут мы уже входили в лифт.

— Придержите, пожалуйста! – крикнул мужчина.

Эбби зажала кнопку, лифт повторно прозвенел. Четверо мужчин вошли в лифт, правда, четвертый на секунду завис в дверях.

— Ну, Эванс! – поторопил его один из вошедших.

Я попробовала слиться со стеной – не вышло. Эбби разглядывала мужчин с неподдельным интересом и, конечно, узнала Райана. Как только ее рот открылся, я больно-больно ущипнула ее за руку.

— Сдурела?! – шикнула она.

Я бросила на нее испепеляющий злобный взгляд, намекающий на последующие объяснения, и она умолкла. Мое плечо задевал коренастый блондин невысокого роста. Лицо его было расслабленным, янтарные глаза источали доброту, чему я удивилась. Двое других – брюнеты – напоминали пресмыкающихся. У того, что повыше, чересчур смазливое лицо, он оглядывал нас безразличным взглядом, прищелкивая языком. Второй брюнет крутил на пальцах автомобильный брелок, громко пыхтя и следя серыми хрустальными глазами за указателем этажной стрелки. Райан, конечно, старался на меня не смотреть, как и я на него, только вот упершийся в меня блондин не мог не слышать моего бешеного сердца, так как тишину в кабине нарушало лишь оно и щелкающий язык противного высокого брюнета. В общем, так себе поездочка.