Книга Маленькое сердце, страница 37 – Лила Каттен

Вздохнув, я сделал шаг к ней.

— Детка…

— Нет, Макар, нет, – подскочила она на ноги. – Это все моя ответственность. Беременность, то, что я ее сохраняю, и я не буду обрекать молодого парня, у которого впереди еще куча экспериментов в жизни на…

— Обрекать на что? – нахмурился я от одного лишь слова.

— На это, – развела руками, которые потом опустила на живот, спрятанный под курткой. – Я не хочу через год или больше, или меньше посмотреть в твои глаза и прочесть в них сожаление о принятом когда-то решении… неправильном решении. Я этого не вынесу, – последнее предложение она прошептала сиплым голосом от слез.

Больше не желая слышать и видеть ее слезы, я подошел, подхватил ее на руки и понес к скамейке. Сел на нее, а Есению опустил на свои колени, боком.

Она прижалась ко мне, обвивая плечи, и тихо всхлипывала.

— Детка?

Она, упираясь в мою шею, покачала отрицательно головой и вжалась сильнее, теперь уже касаясь мокрым лицом открытой кожи, потому что я расстегнул сверху куртку, не желая, чтобы она поцарапалась об замок.

— Детка, посмотри на меня, пожалуйста.

Есения медленно оторвалась от моей шеи, и теперь в свете фонаря я видел покрасневшие глаза и нос, слышал, как она шмыгала, потому что не могла дышать из-за слез и улыбнулся.

— Ты сама сказала, что я такой парень. И я собираюсь сделать именно так, как ты предположила. Брать ответственность, слышишь? И мы будем говорить о том, что тебя беспокоит, меня беспокоит. Мы будем говорить, когда нам страшно. И мы будем экспериментировать вместе, – ухмыльнулся на ее раскрывшиеся широко глаза. – И заниматься сексом, если это будет позволено. Все это то, чего я хочу в перспективе, Ёсь. И я не стану обещать золотые горы, потому что не могу этого сделать, но когда я буду готов, то пообещаю стараться изо всех сил подарить тебе их.

— Макар, – она вздохнула, не понимая, что еще сказать и как реагировать на мои слова.

— А сейчас прошу тебя, дай мне тебя поцеловать, потому что я сейчас сойду с ума, если не сделаю этого.

Она тут же обхватила мою голову, положа ладони частично на щеки и уши, и, прижалась к моим губам своими, и мир снова замер вокруг нас двоих.

Есения

Я словно была завернута в самый нежный шелк и купалась в этих ощущениях, которые сводили с ума. Таким был его поцелуй – опьяняющим и ласкающим всю меня.

И я хотела только одного, чтобы эти губы были моими до конца моих дней и продолжали целовать.

Но они не были моими. Слова, сказанные Макаром, безусловно, заставили плакать, заставили верить в лучшее, что есть в этом мире, но я все еще боялась. Я все еще не хотела быть обузой для молодого парня, даже если он был не против.

Оторвавшись с трудом от мягкого плена, я пошевелила бедрами и попыталась встать.

— И куда это ты собралась? – он сказал это мне в губы, потому что все еще был слишком близко к моему лицу.

— Разве не тяжело? И ты сидишь на холодной скамейке.

— Возможно, у меня трусы с начесом, откуда тебе знать.

Я хихикнула и снова прильнула к губам.

Между нами ладонями, которыми мы образовали пространство для поцелуев, было очень тепло, несмотря на небольшой ветер и легкий мороз. И я улыбнулась.

— Что?

— С тобой тепло.

— Со мной всегда будет тепло.

— Не сомневаюсь.

Мой желудок заурчал, и я вспомнила, что от переживаний даже не поужинала, а потом написала Макару, он ответил и… ну я не ела и была голодной.