Книга Никакой настоящей причины для этого нет, страница 84 – Хаинц

— Так ты фанатка «Яркой улыбки»? Тех айдолов, что поют про молодость и любовь?

Ко-чан, решила, что говорить про то, что она айдол, не стоит и подтвердила.

— Тогда пойдем быстрее.

Сначала Ко-чан показалось, что ей, наконец, повезло и ей помогут, но жизнь очень быстро расставила все по местам. Через несколько минут после того, как она пошла с компанией парней, она обратила внимание, что людей стало поменьше, а сцена была в месте, где людей ходило довольно много, и по ее расчетам, их количество должно было только увеличиться.

И она осознала, что несколько парней вроде бы согласившихся помочь привели ее в менее людный район фестивальных ларьков и не давали уйти, приглашая пойти в караоке, «вот ту за углом».

— Потом сразу — к сцене, к концерту успеем.

Но место и так было не очень людным, и хоть Ко-чан не боялась, здравый смысл не был ей чужд, и идти с незнакомыми людьми непонятно куда она не хотела. Вот только ее попытки позвать на помощь пресекались:

— Да ладно мы просто гуляем. — И для всех прохожих вокруг этого было достаточно, чтоб не обращать внимания на ее попытки вырваться. Это был тот день, когда Ко-чан осознала, что это для того, чтобы действовать деструктивно не нужна никакая настоящая причина, а для вот для того, чтобы оказать хоть какую-то помощь, она таки нужна.

Прохожие отворачивались, проходили мимо и никто даже не попробовал спросить, что именно происходит. Когда-то, простой окрик из окна «Оставь девушку в покое!», ненадолго спас Китти Дженовезе. Что не остановило дальнейшие трагичные последствия, введя имя девушки, как описание эффекта свидетеля — показательного поведения человеческого безразличия. И у Ко-чан в этот день были все шансы стать еще одним таким хрестоматийным примером уже в родной стране.

Но Ко-чан в тот день ей повезло. Среди ее знакомых был человек, у которого причина для помощи ей была. Пусть даже из разряда «помочь подруге/коллеге младшей сестры девушки».

— Коната-чан, сестренка, опять ты застряла где-то, и телефон разрядился. Я уже в полицию почти позвонил, но услышал твой голос издалека и звонок сбросил.

— Ты, парень… — Начал было один из «сопровождающих», — но услышав о полиции, парни еще секунду назад такие уверенные и непробиваемые сгорбились и немного стушевались и выпустили Ко-чан, которую держали за обе руки. Хидеки демонстративно разблокировал телефон, и все также демонстративно игнорируя парней, продолжил:

— Иди-ка мне сестренка, а то придется звонить и говорить, что ты, младшеклассница потерялась в компании двух парней, — и Хидеки продолжил описание парней.

— Младшеклассница?! — с каким-то ужасом прошипел один из парней, посмотрел на их лидера и выпустил руку Ко-чан. Второй из тех, кто держал руку Ко-чан тоже ее от неожиданности выпустил.

Ко-чан, сначала неуверенно, но с каждым шагом все четче и увереннее пошла в сторону Хидеки, и на этот раз никто не осмелился ее остановить.

— Пошли, сестренка!

— Как скажешь старший братец! — мило улыбнулась Ко-чан. Она вплотную подошла к Хидеки, окончательно пришла в себя и взяла Хидеки за руку, — Веди меня, старший братец Хидеки.

Хидеки оглядел парней с отвращением, смешанным с презрением. То, что их было трое и они были старше, его не пугало.

— Эх, времени нету. Ладно, валите, уроды, — скорее прошептал он. Парням хватило и этого, они испарились как лед на сковородке. Хидеки обернулся к Ко-чан: