Книга Сердце пацана, страница 84 – Ядвига Благосклонная

— Я ж забиваю! — в свое оправдание ляпнул, за что и был награжден строгим взглядом.

— Дисциплина, мать твою! — ударил кулаком по перилу. — Вот, что действительно важно! Это я с вами панькаюсь! Жопу подтираю, но никто за вами не будет бегать в профессиональном хоккее. Таких как ты там, мерено немерено.

О профессиональном хоккее я мог только мечтать, чего уж там… Да и прав тренер, кому я там нахрен сдался…

— Понимаешь, почему я завел эту беседу с тобой? — уже совершенно спокойно изрек.

Помотал головой, отвечая предельно честно. Я не Морозов, не капитан команды, не звезда в поколении. И даже не Харитонов, которого уже переманивали клубы, каким бы скотом он не был.

— Перед нами открылись новые двери! Спонсоры заинтересованы в том, чтобы мы выиграли. Контракты поднимут, но и нагрузка в разы больше. Не считай меня старым дураком, — по-отечески похлопал по плечу, — я помню тебя мальчишкой. Я ставил тебя на коньки и не хочу смотреть на то, как ты падаешь с них. Не знаю, что стоит между тобой и хоккеем, но ты всегда можешь мне сказать, — от въедливого в самую душу взора не скрыться. Он проникал до самых костей, ломая. Требуя правды. Позволить себе втянуть в болото этого человека я не мог, а потому стойко выдержал.

— Все хорошо.

— Будь по твоему, — принял мой выбор. Развернулся. Его шаги эхом раздались в моей голове. Сглотнул и втянул воздух, сквозь стиснутые зубы.

— А тобой интересовались агенты… Если что, ты всегда можешь мне сказать.

— У меня все хорошо, — пробурчал, не оборачиваясь.

Я обернулся, но тренер уже ушел, оставив мне почву для размышлений.

Рано или поздно мне придется сделать выбор. Придется… Только вот выбор был не всегда. Я еще не все отработал.

В груди сдавило. Я не мог лишиться последней капли воздуха.

Кто-то стукнул меня по плечу, возвращаясь в реальность.

— Герыч, ты че втыкаешь? — подколол меня Лебедев. — Так ты с нами?

— Куда? — не понял.

— Братан, ты реально походу завис, — заржал он. — Давай разгружайся, — ухмыльнулся. — В «Лагуну», едешь?

— Дальше куролесить?

— А как же! Там сейчас такие цыпы. Гляди, — сунул мне под нос телефон с фотками баб. Чисто по-мужски заценил бюст одной из девок, отметил длинные ноги другой, и до тошноты надутые губы уточкой третьей. — Они нас уже ждут, — поиграл бровями.

Усмехнувшись, пораскинул мозгами. Забыться было идеей хорошей, но вот прилипалы мне не нужны. И без них тошно. Вечно, как пчелы на мед слетались. А что если….?

— Вы езжайте, а я к вам подтянусь, — решил я и направился к выходу.

— Ты куда? — крикнул мне в спину ошарашенный Лебедев.

— Я за своей цыпой, — усмехнувшись, крикнул в ответ.

Пока ждал лифт настрочил смс Бобрихе, и уж очень удивился, что спустя пять минут так и не получил ответ.

Выйдя на улицу, подождал еще несколько минут, между тем перекурив.

«Мышь, ты в своей канцелярии?» — прочитал в который раз.

Да чем она может быть занята, ешкин дрын!

Так сложно ответить?!

Она точно играла на моих нервах. Я был непроходимым валенком, считая что мышь самая покладистая и мудрая из женщин. Черт! С ней не нервы нужны, а канаты! Бросив бычок, сел в машину, завел и сорвался с места.

Тревога росла во мне с каждым поворотом. Мельком бросил взгляд на часы, взял телефон и набрал эту кулему. Поди опять в облаках летает! Но телефон не отвечал. Не на первый вызов, не на второй продолжительный и даже на третий. После пятого я гнал как обезумевший, а на седьмой пролетел светофор. Кажется, на десятом решил скоротать путь через переулки и уже на двенадцатый пулей вылетел из машины.