Книга Сердце пацана, страница 110 – Ядвига Благосклонная

Меня отпустили и я, как мешок с картошкой, повалился на землю, закашлявшись.

Кощей. Сука. Стоял в стороне. Прятался, как крыса.

— Что, Гера, разберемся по-хорошему? — вальяжной походкой подошел ко мне, присел на корточки и пристально взглянул.

Я встретил его взгляд твердо, решительно, с обещанием скорой расправы. Ему не понравилось и, сделав жест рукой, меня пнули в бок. Втянул воздух сквозь зубы, но глаза не отвел. Наивный мажорик, думал что испугал меня.

Хер тебе!

— Где девка? — прорычал, теряя терпение.

— Ты ее не получишь, — в тон ему рыкнул.

Меня еще раз пнули. Сильнее.

— Где. Девка?

— Пошел нахрен, — сплюнул кровь и опять закашлялся.

— Я ее все равно из-под земли достану.

— И что тогда? — глумливо поинтересовался. — Сделаешь тоже, что и с той девкой на вечеринке? — издевался над ним.

Мальчик эмоций сдерживать не умел. Моментальный испуг, смятение, злость. Все-таки та девка не сама пошла. Резко метнувшись, Кощей вломил мне несколько раз по ребрам. Схватил меня за рубашку и процедил:

— Я. Её. Найду.

— Удачи, — выплюнул, едко ухмыльнувшись, за что получил удар в лицо, которым меня почти вырубило.

Уже не соображая, услышал крики. Была какая-то возня. Женский голос, мужские торопящиеся шаги… Крысы сбежали…

— Белов, — хлопнули меня по щеке, — Белов, — еще раз.

Голос знакомый, но шум в голове все искажал.

— Белов, — еще один хлопок.

Сквозь ресницы увидел Таньку. Перепуганная до смерти сидела рядом со мной.

— Очнулся, — выдохнула, — скорую!

— Не надо, — случился у меня момент просветления, и резко схватил её за руку, — не надо скорую.

Всхлипнув, она хотела возразить, настоять, но я покачал головой. С трудом она меня подняла, и я начал понемногу приходить в себя. Нехило меня долбанул. Хоть и мажорик, а удар сильный.

— Куда?

— К машине, — сквозь боль, отрезал. — Сбоку стоит.

— Сейчас-сейчас, — шептала Танька, ведя меня к машине.

Прихрамывая, мы добрели. Она посадила меня на сиденье, а сама села за руль.

— Куда?

— Артиллерийская 17. Смотри, чтоб хвоста не было, — приказал и откинулся на сиденье.

В голове шумело. Кровь из текла из носа, губы и брови, капая на куртку, кулаки стерты, а тело будто бульдозер переехал.

Шурик, падла! Подставил.

Аида

Батюшки!

Прижала к своим горящим щекам ладошки.

Это что же, я с Беловым целовалась? Так… Так откровенно, по-взрослому, интимно, что в животе аж бабочки устроили переполох. А еще эта тяжесть в животе. Хотелось большего. Гораздо большего.

Господи, ну я и извращенка! Он меня только и всего поцеловал, а я уже накрутила себе! Да поцелуй! Да горячий! Но это ж не повод его в постель тащить, в самом деле?!

Ой, чего это я? Какая постель?

Мои щеки еще больше загорелись, хоть и казалось, что это невозможно. Повернулась к зеркальному шкафу и увидела счастливую девчушку с сияющими глазками и улыбкой на пол лица.

Так, Дунька! А ну-ка успокоилась!Подумаешь поцелуй! Пфф! Да у Белова этих поцелуев было-перебыло! Ну, поцеловались с кем не бывает. Гормоны разыгрались, стресс…

Однако мысли предательски подкидывали неприличные, но такие желанные картинки. Знал бы Белов, что я полдня представляла себя идущей в белом длинном платье, намереваясь окольцевать его на всю оставшуюся жизнь, бежал бы от меня сломя голову. Не то что целовал… Так упоительно, требовательно, испивая до дна…