Книга Взять измором или наказать сказочника, страница 19 – Ядвига Благосклонная

— Малая, ты?

Японский Бог! Кретин даже не запомнил моего имени, но помнил кличку, которую сам мне и дал.

— Ага.

— Как ты? — поинтересовался он и, должно быть, ему действительно стало интересно. Он снял с колен девушку, что до сих пор сидела на его коленях, а затем, двинув слегка в бок своего товарища, приказал, — подвинься.

Я и очухаться не успела, как меня уже посадили, дали в руки коктейль, а Морозов весьма беспардонно закинул свою клешню на спинку дивана. Если бы я облокотилась, то парень мог с легкостью меня обнять.

— Жалуйся, малая, — подпер голову рукой и уставился на меня.

— На что?

— Кто-то обижает? — его голос до смешного звучал сурово, словно если я скажу ему «да», он тотчас же прыгнет на коня и помчится за меня заступался.

— Нет.

— Если обидит — говори.

— И что тогда?

Ради бога, отрежьте мне язык!

— Хорошим девочкам не нужно знать такие вещи, — проворковал он, а после, посмотрев из-под ресниц, понизил голос и добавил, — или ты плохая девочка?

Не нужно отрезать язык, я его уже проглотила…

— Такая милаха, — хохотнул. — Я шучу, расслабься, — хлопнул невозмутимо рукой по моей коленке. — Дай свой инстаграм, — потребовал, уже доставая телефон.

Прошлый раз я дала ему номер телефона, но парень не проявил интереса. И этот раз, была уверена, не станет исключением, однако я все же сказала свой ник и парень подписался и пролайкал несколько моих фото, но и на этом сюрпризы не закончились.

— Давай сюда!

— Куда?

— Сюда, ко мне!

Я не пошевелилась, и тогда он сам притянул меня к себе и, обняв рукой, сделал селфи, чтобы вскоре выложить в историю с подписью: «Я и моя малая».

— Красавица, — поправил прядь моих волос.

Смутилась, но виду не подала. Уж больно этот мерзавец был хорош во флирте. Моя уверенность пошатнулась, а по зубам ли мне этот прохвост?!

— Илюш, — позвала девушка парня, что не так давно сидела на его коленях.

— Что?

— А когда мы поедем к тебе?

— Не сегодня, солнце, — отрешенно и безразлично пробормотал парень.

Ее глазки растерянно забегали, на меня зло зыркнули, а затем вернулись к Илюше, который между тем что-то строчил в телефоне.

— Но мы же договорились…

Морозов устало вздохнул, провел рукой по волосам и посмотрел на докучавшую девушку. Кажется, она ему изрядно надоела.

— Не сегодня, — отрезал парень. — Хочешь уехать отсюда? — уже у меня спросил.

Похороны дорогие?! Хватит ли мне своих сбережений?! Потому что, кажется, за ближайшим переулком меня убьют и мой труп найдут изуродованным, без волос с вырванными глазами и надписью на лбу: «овца».

— Я вообще-то не одна, — замялась, оглядываясь в сторону подруг.

За нашим столиком творится самый настоящий хаос. Синицын (и как он там оказался?), стоял рядом с Ульяной, та рядом с Бобрич, а сама Дунька была окружена тремя мужчинами, один из которых кружил вокруг нее, как коршун. Белов, судя по расстроенному лицу Аиды, уже успел нагадить. Он гадко ухмылялся ей, а парни уже протягивали ему листочки и ручку, вероятно, для автографа.

Увел женихов у нашей Дуньки и радуется, антихрист!

— С парнем?

— Не-а, — покачала головой и указала в сторону пальцем.

— Идем, — Морозов схватил меня за руку и потащил к нашему столику.

— Дамы, — обратился он к моим подругам, а те замерли, глаза разули и глазели, как на восьмое чудо света. — Вы не против, если я у вас украду эту миледи? — И для достоверности своего образа «джентльмена», коим он являлся только в своих мечтах, поцеловал мою ладонь.