Книга Оболтус, страница 112 – Ядвига Благосклонная

Саша продолжает болтать, пока мы не достигаем двери уборной. Его действия настолько выбивают меня из колеи, что я действительно перестаю реветь. И только, когда он уже открывает дверь и начинает меня запихивать внутрь, я возмущенно восклицаю:

— Разве ты не видишь? Я выгляжу так, словно на меня напали дворняги! Как я могу идти в таком виде?!

— И всего-то? — невозмутимо переспрашивает.

Надуваю щеки, губы подрагивают от накатывающей злости.

Да он, блин, издевается надо мной?!

— Солнышко, — обхватывает мою талию своими сильными руками, — приведи себя в порядок, а мне дай заняться юбкой. Хорошо?

Саша буквально прожигает меня своими глазами, ожидая ответа.

И… Проклятье, мне все равно терять нечего!

Я неуверенно киваю.

— Вот и отлично. Я скоро вернусь.

Он хлопает меня по заднице, подталкивая внутрь туалета, после чего захлопывает перед моим носом дверь.

Итак…

Плетусь к зеркалу, вываливаю из сумочки скудный набор косметики: пудра, блеск «диор» (да-да, тот самый), румяна, коричневые тени, расчёска и салфетки. С горем пополам, убираю разводы туши, затем наношу немного теней, пудры и румян. Приглаживаю растрепанные волосы.

Смотрюсь в зеркало.

Нет. Ужасно.

Достав резинку, принимаюсь делать гульку.

К тому времени, как я наношу блеск на губы, в дверь осторожно стучатся.

— Лера?

— Я тут! Заходи!

Дверь открывается и в проеме показывается голова Зайцева. Он быстро оценивает ситуацию, сам себе кивает и произносит:

— Вижу, тебе уже лучше.

— Есть такое… — невнятно ворчу, теребя пальцами юбку, и все ещё её придерживая, потому что если я разомкну пальцы, то она лужицей расползется у моих щиколоток.

А мне, знаете ли, не хочется сверкать в бикини перед Зайцевым. Слишком велик риск… Совершить непоправимое, скажем так. Пусть и весьма приятное.

— Отлично. Я достал кое-что для тебя.

Саша проходит внутрь, закрывая за собой плотно дверь. Подойдя, протягивает пакет.

— У тебя есть пять минут до начала. Ты точно в порядке?

В порядке? Это вообще как? Потому что с тех пор, как я застала своего парня за изменой порядок — это последнее, что я испытываю. Его нет ни в моей голове, ни в теле.

Забираю пакет и заглядываю внутрь. Синее нечто. Нет. Не так. Ядовито-синее нечто!

О боже мой… Это провал.

Слезы опять грозятся полится из моих глаз.

— Что это? — хриплю.

— Платье. Знаю, оно странного цвета, но это все, что у них было.

— Где ты «это» достал?

С отвращением достаю вещицу и осматриваю. Кричаще синее платье по колено свободного кроя. Вероятно, в таком в цирке выступают.

— В гримерной у юмористов.

Разумеется. Где же ещё…

— Солнышко, это не так ужасно…

С иронией на него кошусь, отчего Зайцев кривится и сознается:

— Ладно. Это ужас. Но я правда ничего лучше не нашёл. Если ты не пойдешь, то тогда точно упустить свой шанс. Ты думаешь, Опра Уинфри упустила бы свой шанс?

Откуда он знает про Опру?

— Я видел её заставку у тебя на ноутбуке и телефоне, ещё несколько мотивационных записей в ежедневнике, — поясняет. — Опра бы не сдалась! Она была афроамериканкой, а это, поверь, хуже, чем какое-то платье. Но она не сдалась! Запомни: дорогу осилит — только идущий.

С каких пор он стал таким философом?

И, будь я проклята, если это не работает! Я чувствую прилив энергии.

Саша прав. Опра бы ни за что на свете не сдалась! И я не буду!