Книга Собственность заключенного, страница 51 – Ядвига Благосклонная

Хмыкает. Вот же ерунда какая. Но ему нужно потянуть время, поэтому, недовольно цокнув, отрезает:

— Не подходит. Пиши заново.

Пташка гневно сверкает глазищами, отчего у него сбивается дыхание, а в животе завязывается тягучий узел желания. В гневе Архипова особенно прекрасна. Он мог поклясться, что в какой-то момент ее рука дернулась, чтобы схватить ноутбук и зарядить ему по голове.

— Может, исправить что-то конкретное? — сжав губы в тонкую линию, уточняет.

— Ммм… — Дамир делает усиленный вид, что задумывается, после чего выдает: — может, не Робин Гуды, а Мстители? Как считаешь?

— Это шутка? — яростно выпаливает. — Если так, то не смешная. Зачем я здесь? — задает прямой вопрос, на который Дамир ей ответить не может.

— Потому что я так хочу, — невозмутимо хмыкает. — Пиши, пташка. Еще одну петицию. На имя президента, что мы не преступники, а команда Мстителей.

И она пишет. Крепко сжав зубы, мысленно костеря его последними словами, но пишет. Дамир тем временем встает из кресла, приходится по кабинету, а потом, не удержавшись, подходит к девушке со спины. Она напрягается. Застывает, точно кобра перед броском.

Дамир заглядывает ей за плечо и говорит:

— Как думаешь, народ нас поддержит?

— Сомневаюсь, — пренебрежительно фыркает.

И когда понимает, что Дамир просто стоит и больше ничего предпринимать не собирается, немного расслабляется и продолжает печатать.

Он с исключительно мужским интересом скользит взглядом по тонкой белоснежной шее, аккуратным лопаткам, ниже к талии… К сожалению, больше рассмотреть не удается, но то, что он видит, ему нравится.

— Почему же? Ты не слышала про стокгольмский синдром? — отчего-то хрипло спрашивает Дамир. — Достаточно лишь придумать красивую историю и правильно преподнести ее с помощью прессы…

— Так я за этим здесь? — неожиданно оборачивается.

Их взгляды пересекаются, отчего дыхание мужчины перехватывает. Огонь в ее глазах, как удар под дых. Конечно, она делает это не специально. Злится, жаждет справедливости… В ее свете он, должно быть, негодяй. И, пожалуй, так оно и есть. Пусть даже у его поступков есть причины. Не то чтобы Дамир собирается изливать душу…

— Возможно, — туманно отвечает мужчина, а сам думает: «Нет, не за этим».

Девушка снова разворачивается к ноутбуку, и он не может отказать себе в маленькой шалости. Наклониться, поставив руки на стол по бокам от Архиповой, как бы захватывая ее в кокон. Жадно втягивает запах девушки. Нотки жасмина смешные с бергамотом кружат голову похлеще самого элитного алкоголя. Женя сглатывает и снова замирает.

— Испугалась?

Дамир продолжает дразниться.

Проводит носом по волосам, наклоняется к уху и соблазнительно шепчет:

— Дыши, пташка. Ты когда-то целовалась с бандитом, ммм?

Мужчина слышит как ее сердце отбивает барабанную дробь. И это, Дамир уверен, не от страха. Неужели он ее тоже волнует?

— Не хочешь попробовать?

— Нет! — издает нервный писк, резко дергаясь и отстраняясь, точно обожглась огнем.

Его этот огонь не обжигает. Он его сжигает до тла.

— Жаль, — прищелкнув языком, произносит.

Решив больше не мучить девушку, а может и себя, Дамир отходит от нее. Женя принимается дальше за работу, а он возвращается за стол в кресло большого босса.

Периодически посматривает на время. Все идет согласно плану. Вообще-то Архиповой не должно быть в этом кабинете, пока ребята взламывают хранилище. Она должна сидеть с остальными заложниками. Это исключительно его блажь. Ребята недовольны, но искушение слишком велико. У них есть еще полчаса, а затем он должен будет ее отпустить до момента «х».