Онлайн книга «Услуги по-соседски»
|
Дерганый он какой-то… Впрочем, мало ли… Задумался парень, устал. С кем не бывает?! Отмахнувшись от глупых мыслей, выключаю свет, оставляя включенными лишь лампы на прикроватных тумбах. Откидываю одеяло и ложусь в кровать. Сева выходит из ванной минут через десять. Потягивается зевая, отчего мой взгляд невольно приклеивается к его торсу. Прикусив губу, стыдливо отвожу глаза. Кладу телефон и, взбив подушку, устраиваюсь поудобнее, чуть ли не накрываясь одеялом с головой. Сева ложится и мы одновременно выключаем лампы. Комната погружается в темноту. Я слышу тяжелое дыхание Амурского, слышу стук своего клеящегося сердца. Мне волнительно, а в животе завязывается тугой узел. Дела плохи. Вчера такого не было. Разумеется, непривычно было спать с малознакомым мужчиной, но я точно не испытывала такого… Возбуждения. Щипаю себя за руку, чтобы хоть немного остудить свой пыл, но это не помогает. Я знаю, что и Сева не спит. Он напряжен. Когда его рука случайно задевает мою спину, вздрагиваю. Амурский с шумом втягивает в себя воздух и отодвигается, невнятно бормоча извинения. Так, мне нужно успокоиться. Зажмурившись, начинаю считать про себя. Один… Два… Три… — Ася, — раздаётся в полной тишине хриплый голос Севы. — Что? — тихо отзываюсь. — А целоваться друзьям тоже нельзя? — Нет, — со смешком отвечаю. — А с кем можно? — С парнем, мужем, любовником… Почему я вообще отвечаю на этот вопрос, черт побери? — Ладно. И это все? Я не могу подавить разочарованный вздох. Мне действительно грустно, потому что… Да, я признаюсь! Я хочу Севу Амурского. И что с того? А кто его не хочет? Вы видели этого парня? Он же ходячий грех. — Тогда я не хочу быть твоим другом, — неожиданно заявляет. Секунда. Всего секунда и Сева уже нависает надо мной. Одна его рука опускается на мою талию, другой он упирается в кровать. Замерев, ошарашено моргаю. Он мгновение разглядывает мое лицо, и, очевидно, не найдя в нем протеста, приближается, чтобы накрыть своими губами мои. Амурский целует меня жадно, неистово. Так, что кончики моих пальцев поджимаются. У его губ мятный сладкий вкус, и мне до жути хочется их попробовать. Я даже не понимаю, что раскрываю губы и касаюсь своим языком его. Действую на инстинктах. По телу проходит дрожь, когда рука Севы накрывает мою грудь, нежно поглаживая и сжимая через ткань пижамы. В низ моего живота упирается свидетельство его желания, и я уже не могу связно соображать. Мы целуемся пока в наших легких не заканчивается воздух, а губы не начинают гореть и покалывать. Отстранившись, Сева легкими поцелуями опускается на мою шею, прикусывает кожу на ключице, после чего снова возвращается к губам. Он весь горячий, а мышцы под моими руками, словно вылиты из стали. Прижавшись теснее, Сева закидывает мою ногу себе на спину, шепча между горячими поцелуями: — Господи, я мечтал об этом весь день… Рука проскальзывает под мою майку, касается обнаженной груди, отчего я выгибаюсь, теряясь в этом сладком ощущении. — Дотронься до меня, Горошек. Умоляю! — сипло молит меня, и я не в силах ему отказать. Провожу рукой по груди, очерчиваю кубики пресса, опускаюсь ниже и накрываю внушительную выпуклость на боксерах. Поглаживаю… Замерев, Амурский дергается, шипит сквозь зубы проклятия, и со стоном утыкается мне в шею. |