Книга Тридевятое. Книга вторая, страница 22 – Ирина Кизимова

— Ежели помнишь, некоторых мы так и не нашли, посему будь осторожна, ты-то внешность поменять не можешь.

— Хорошо. Я буду начеку. — согласилась с Василисой Варвара, приканчивая печёную утку. — А сейчас пойду снова на разведку, мало ли встречу ещё кого сегодня.

Василиса проводила её долгим взглядом, наблюдая за тем, как подруга набрасывает на себя телогрейку и тяжёлую шубу, а после выходит вон из горницы, вновь оставляя её наедине с собой.

* * *

В покоях царского терема Оксана помогла Марфе раздеться с улицы и теперь переплетала русые косы, закрепляя их в замысловатую причёску. Царевна наедине со служкой лишний раз пикнуть боялась, прекрасно зная, на что та способна. Она до сих пор не верила в то, что муж подложил ей свинью в виде страшной колдуньи на услужении.

Надо сказать, что по началу Оксана вела себя так, что от обычной личной служки не отличишь, и Марфа немного осмелела, начав гонять её по поручениям. Но в один прекрасный день во время умывания Оксана резко окунула голову своей так называемой хозяйки в таз с водой и держала там до тех пор, пока из царевны едва весь дух не вышел.

— Будешь много о себе думать, быстро вперёд ногами из терема вынесут. — пригрозила она тогда откашливающейся, дрожащей царевне. — Лучше нам с тобой быть подругами, Марфа, а для этого ты должна во всём меня слушаться. И не смей своей драгоценной Ольге жаловаться, иначе вперёд на погребальный костёр пойдёт или лучше её будущего ребёночка на тот свет отправлю. Представляешь, какая будет потеря?

Тогда-то Марфа и поняла, что с Оксаной связываться опасно, пыл поумерила и вела себя как царевна только в присутствие остальных и то стараясь по возможности не обращаться к Оксане. С Ольгой наедине тоже осторожничала и лишнего слова про служку не отпускала, дабы беду не накликать, хотя подруга не раз спрашивала, как ей живётся. Сергей всё так же не замечал свою жену, лишь несколько раз заглянул в покои и то лишь для того, чтобы попытаться зачать наследника.

— Выпей этот отвар. — говорила ей после таких визитов Оксана, подсовывая дурно пахнущую травяную смесь.

И Марфа пила, посему дитя всё никак не зачиналось, а царевич становился всё злее, пока совсем не прекратил к ней приходить.

Царевна не знала, как ей быть, колдунья жутко пугала, а она не то, что пожаловаться, даже поплакать спокойно не могла. Посему, когда Оксана заявила, что ей нужно сблизиться с девкой, которую Глеб впустил в царский терем, спорить не стала.

— Ты молодец, хорошо себя ведёшь. — наконец закончила с её волосами Оксана. — Ежели и дальше будешь паинькой, то и жива будешь, да и о том, что вы с Ольгой стрелы подменили никто не узнает.

Марфа коротко кивнула и осторожно спросила:

— Я слышала от Власи, что она никак не связана с Глебом, тогда зачем нужно с ней дружбу водить?

— Твоё дело маленькое: делать, что скажу, да лишних вопросов не задавать, ясно?

Царевна замолчала и кивнула.

— Давеча в столице недруги наши объявились, посему следи за девчонкой в оба, они тоже на неё глаз положили.

— Ты знаешь, как они выглядят, чтобы я могла увести Власю, ежели что?

— Сегодня на рынке видала одну — рыжая с длинной косой, известная богатырша из Тридесятого царства, а ежели она здесь, то, стало быть, и остальные две поблизости. Их ты не вычислишь, колдовству обучены, а с рыжими девками будь осторожна.