Книга Ты проиграешь, дорогая, страница 39 – Анетта Молли

В этот момент я словно вижу Влада без той дымки очарования. Расчетливый, хитрый, беспринципный.

— Ты поэтому так спокойно отнесся к тому, что я принимаю таблетки? Поверил на слово.

Влад кивает.

— А я дура, думала, что ты доверяешь мне. Понял, что я не такая, как твоя Полина, которая специально залетела, чтобы женить тебя на себе, — шиплю сквозь зубы.

— Мне такие сюрпризы больше не нужны, — отрезает. — Но я правда люблю тебя, Роза.

— А обо мне ты подумал? Спросил, хочу ли я детей?

Влад хмурится.

— Хватит истерик. Ты сама все прекрасно понимала с самого начала.

Я резко вырываюсь, отступаю к окну. Перед глазами — его лицо, внезапно ставшее чужим.

— Да, понимала. Что ты эгоист. Что ты лжец. — голос дрожит, но я продолжаю. — Но чтобы настолько...

Я была всего лишь развлечением. Удобной, страстной, безопасной — благодаря его маленькой медицинской тайне.

— Уходи, — говорю я, поворачиваясь к окну.

— Роза....

— Пошёл вон!!!

Влад, которого я знаю, не уйдет. Он будет вымаливать прощение, найдет тысячу слов.

Но настоящий Влад хмыкает и, собрав свою одежду, выходит из комнаты.

Дверь захлопывается.

Я жду, что он вернётся. Жду, что услышу его шаги — быстрые, нервные. Что он распахнет дверь, упадет передо мной на колени, будет целовать мои руки, заглядывать в глаза, шептать что-то о любви, о судьбе, о невозможности жить без меня.

Этого не происходит.

Я медленно сползаю по стене на пол, обхватываю колени руками. Плачу навзрыд. В голос. Рыдаю из-за себя, из-за него, из-за своей любви. Подруги были правы с самого начала.

Кто ты сейчас, Роза? Жертва? Дура? Или.... Или наконец-то проснувшаяся?

Жена

«Цени то, что у тебя есть, Поля. Деньги есть — займись собой, Марусей, своими делами, найди увлечение. Или второго ребёнка заведи, чтобы мужа покрепче привязать! Что ты вцепилась во Влада? Что пристала к нему? Это у тебя от безделья!» — слова матери занозой в голове.

Приезжаю домой.

— Мама! — Маруся бросается ко мне, но я едва могу обнять ее.

— Вот проснулась почему-то, — улыбается Паша.

— Как дела, солнышко?

— Мы с дядей Пашей пили чай с мармеладом! И рисовали!

Паша стоит в дверях кухни, его взгляд сразу читает во мне всё.

— Спасибо, — выдавливаю я. — Ты... ты можешь остаться ещё на чай?

Он кивает, не задавая вопросов.

Укладываю спать Марусю и иду на кухню.

— Он изменяет, да? — прямо спрашивает, протягивая мне чашку чая.

Сжимаю чашку, чтобы согреть ледяные пальцы.

— Я видела их сегодня.

— Что будешь делать?

Снова голос матери эхом звучит в голове: «Привяжи его вторым ребёнком!».

— Я... не знаю.

Паша внезапно хлопает ладонью по столу, заставляя меня вздрогнуть:

— Поля! Ты же не всерьёз думаешь....

— У Маруси должен быть отец! — вырывается у меня.

— Отец? — он язвительно усмехается. — Ты сейчас видела, где этот «отец»?

Я закрываю лицо руками.

— Я не могу....

— Можешь. — Его рука неожиданно накрывает мою. — Ты сильнее, чем думаешь.

Мы ещё некоторое время сидим на кухне. Затем Паша уходит. А через час приезжает Влад.

Входит в кухню. Его пальцы нервно теребят ключи от машины.

— Поля...

Я продолжаю мыть чашку Паши, не поворачиваясь.

— Ты смеешь... — оборачиваюсь, дрожа всем телом, — СМЕЕШЬ приходить сюда после этого?

— Поль, прости.... — произносит. — Я попрощался с ней. Сегодня. Навсегда.