Книга Его бывшая жена. Последний шанс, страница 42 – Ирина Шайлина

— Помнишь, ты спрашивала у меня про папу?

— Да, – тихо отозвалась дочка.

И посмотрела на меня, глаза глубокие и прозрачные, в них ожидание. Она знает, что я скажу сейчас нечто важное.

— Твой папа приехал в этот город. И мы делали анализ, чтобы удостовериться, что ты его дочка.

— А ты что, не знаешь? – удивилась Ника. – Так бывает?

— О, я прекрасно знаю, – грустно улыбнулась я. – Анализ нужен для него.

— Какой странный и глупый папа, – покачала дочка головой.

Мы посидели молча, Ника переваривала новости и медленно жевала оладушек. У меня внезапно тоже заурчало в животе, наверное, на нервах, и я потянулась к тарелке.

— Какой он?

— Ты его видела. Помнишь, у машины?

— Я тогда плакала и глаза болели, я совсем его не помню. Но он тебя напугал, мама, хочешь, мы никогда с ним дружить не будем?

Я засмеялась, опять же, с горечью.

— Нам нужно с ним дружить.

— Но ты же его не любишь!

— Наша с ним любовь закончилась. Такое случается. Но любовь родителя к своему ребёнку, она вечна. Он пока не знает, что это такое. Но ты дай ему шанс, Ника. Он…он сильно будет тебя любить.

Чуть не разревелась, глупая. Но я все делала правильно, я знала. От того, что я настрою ребёнка против отца, плохо будет в первую очередь самой Нике. Она не должна быть заложницей моих обид и ненависти. Она должна быть счастливой.

Без потерь из этой ситуации мне не выбраться. Я уже утратила, как минимум, силу духа. Но если я поведу себя мудро, моя дочь все равно будет счастлива, не смотря ни на что.

— Покажи фотографию! – тут же вспомнила, про старую просьбу, егоза Ника.

Я давно почистила галерею, а с тех пор и телефон меняла два раза. Но несколько фотографий всегда было со мной, не могла удалить и все. На одной мы гуляем, держимся за руки, сфотографировал уличный фотограф. Весёлые, счастливые. Одна – я сфоткала мужа крупным планом. И одна свадебная, её и покажу.

— Смотри, – решилась я.

Ника уставилась на экран телефона, максимально приблизив к лицу, даже покрутила в разные стороны.

— Ты такая принцесса! Такая красивая, мама, как кукла, нет, ещё красивее!

— А он?

— Не знаю, – честно ответила Ника. – Я ещё не привыкла…

Я усадила её на колени и крепко-крепко прижала к себе. Кончик белобрысой косички щекочет кожу, а я едва сдерживаюсь, чтобы не заплакать. Господи, пусть только все будет хорошо!

Утро было тяжёлым и хмельным. К счастью – одиноким. Я позвонил, заказал кофе и пошёл в душ. Холодный, насколько смог вытерпеть, вышел, кутаясь в халат и щелкая зубами, но с некоторым просветлением в мозгах. К тому времени принесли кофе.

Я, на некоторое время успел позабыть о том, что приехала Лиза, точнее задвинул это происшествие в самый дальний угол сознания. Она постучала, когда я прикончил уже половину кофе.

— Ужасно выглядишь, – покачала головой она.

— Зато ты прекрасно, – отозвался я, делая глоток.

У неё в руках тоже кофе, но в картонном стаканчике из автомата внизу. Села на соседнее кресло, вытянула длинные ноги.

— Может, стоит немного виски? – с сочувствием просила Лиза.

— Нет, – поморщился я.

Мысль об алкоголе вызывала отвращение. Некоторое время мы молчали, к сожалению, недолго.

— Ты расскажешь про ребёнка?

— Девочка, четыре года, вполне умненькая, точно говорящая, что ещё говорить о детях, я не знаю.