Книга Недетские игры, страница 102 – Мария Высоцкая

Позади фонят голоса. Смех. Поворачиваю голову, бегло осматривая шумную компанию, и отхожу в сторону.

Стоит только подумать про Ольку, и планку снова срывает. Глаза наливаются кровью, а ярость, которая адресована себе самому, никак не может найти выход. Сидит внутри, растекаясь по венам отравой.

Как во второсортной комедии все навалилось разом. Проблемы на работе, теперь ещё и в отношениях…

— Черт! Черт! Черт!

Несколько раз ударяю кулаком в стену, медленно сползая к земле, и накрываю голову ладонями. В нос ударяет запах крови, что стекает по разбитым костяшкам. Но боль физическая, которую я сейчас так хочу испытать, даже не ощущается.

Выпрямившись, иду к тачке. Конечно, лучше будет вызвать такси, но я игнорирую эту правильную мысль и завожу мотор.

Чувствую себя в западне.

Так много злости, ее бы хватило на всех. Но я даже Ритку обвинить сейчас не могу, потому что прекрасно знаю, что накосячил сам. Я намеренно молчал. Зачем-то оставлял лазейки для мести. Глупо. По-скотски. Сомневался в ней. Не верил в это гребанное «счастливое завтра». А потом просто зассал. Трусливо спрятал башку в трусы, абсолютно не зная, как все это рассказать Оле.

Только сейчас все это не имеет никакого смысла.

Снимаю телефон с блокировки. На экране высвечивается пропущенный от Оли. В порыве побыстрее залить все это чем-нибудь крепким никаких звонков я не слышал.

Да и что бы я ей в таком состоянии сказал?

Уничтожать себя в такой ситуации гораздо проще, чем найти решение. Пока у меня его нет. Всю жизнь были, а теперь пустота. Ни одной мысли. Только сожаление и злость.

Телефон в ладони снова оживает. Смотрю на экран, но это не Оля.

Подношу смартфон к уху, растирая пальцами переносицу. Башка трещит.

— Чего?

— Кир, привет. У меня тут, короче… Помощь твоя нужна, — вопит Тайка.

— Ты где?

— В обезьяннике, мне вот позвонить разрешили.

— И как ты туда попала, стесняюсь спросить?

— Мы в парке с ребятами сидели после клуба. Пэпээсники подошли и…

— Понял. Отделение какое?

— То, что на Державина.

— Минут через двадцать буду, — нащупываю в кармане удостоверение и сбрасываю вызов.

В отделение захожу в одной футболке. Проветриваюсь, так сказать. Пошляться в плюс десять в таком виде для меня сейчас самое то.

Пожимаю руку сидящему в дежурке капитану. Показываю ксиву, на пару минут влипая в какой-то душный, но тем не менее душевный разговор.

Забираю одну Малинину, разговора про ее кентов не было, а просить за левых людей желания у меня нет.

— А ребята? — интересуется Тая, сидя в теплой машине, где не воняет бомжами.

— К вечеру отпустят.

— К вечеру? Ты не мог…

— Не мог, — обрываю ее дальнейшие возмущения и выезжаю на дорогу.

— У тебя что-то случилось?

Проницательная, блин.

— Не твое дело.

— Кир…

— Тай, отвали.

— У тебя какие-то проблемы с Олей? — продолжает лезть туда, куда ее не просят, и бесить меня этим еще больше.

— Нет у меня никаких проблем.

— Ага, оно и видно. Перетряхивает всего так просто, без причины. Охотно верю.

— Слушай, Малинина, если ты сейчас не закроешь рот, я высажу тебя прямо тут.

— Бушманов, вот только не надо мне угрожать. Рассказывай давай, что произошло.

Тая прищуривается, обдавая меня холодком.

Первая мысль, конечно, послать ее. Но, немного погодя, приходят и другие. Советов мне не нужно, но вывалить на кого-то все это дерьмо желание присутствует.