Книга Будет больно, моя девочка, страница 145 – Мария Высоцкая

— Ты долго еще за мной хвостом ходить будешь? — папа заходит в гардероб и снимает с плечиков футболку.

— Весь день, — вздыхаю, подпирая плечом стену. — Пока ты меня не поймешь.

— Я тебя прекрасно понимаю, — расстёгивает рубашку и, скинув ее, быстро надевает футболку, — но! — вытягивает указательный палец, — ты наказана.

— За что?

— Майя!

— Папа! — копирую его интонацию.

— Ты в туалет за мной тоже пойдёшь?

— Ну почти, — усаживаюсь на родительскую кровать. — Тут поваляюсь, подожду тебя.

Папа закатывает глаза и уходит в смежную комнату. Там как раз ванна и туалет.

Вздыхаю и растягиваюсь на кровати звездочкой.

Ну и что делать? Я очень хочу на это вечеринку. На саму тусовку мне плевать, конечно, просто хочется побыть с Арсом, еще и в максимально развязной обстановке…

— Ты чего тут валяешься? — мамин голос вынуждает открыть глаза и повернуть голову.

— Папу жду, — перекатываюсь набок, подтягивая колени к груди.

— А он где?

— А там, — взмахиваю рукой.

— В туалете, что ли?

— Ага, — опять умирающе вздыхаю.

— И зачем ждешь? — мама ставит сумку на стул и смотрится в зеркало.

— Отпрашиваюсь на вечеринку.

— На какую еще вечеринку?

— Нас с Арсом позвали на день рождения. К его другу. В десять начало…папа против.

— Конечно, против. Ты наказана, помнишь?

— За Арса?

— За приключения в Питере, — бормочет мама и отворачивается.

— Ага, конечно. Почему ты мне в глаза тогда не смотришь, а, мам?

— Майя, прекрати вот эти свои замашки, — мама обводит комнату рукой. — У нас был уговор: месяц никаких тусовок и поздних прогулок.

— Но нас же позвали!

— В следующий раз сходите.

— Ну конечно, вы потом еще что-нибудь придумаете, — надуваю губы, поднимаюсь с кровати и, складываю руки на груди. — Вам просто не нравится Мейхер, вот вы и беситесь. Оба!

— Майя, хватит устраивать представления. Если ты думаешь что…

Вытягиваю ладонь вперед, как бы прося маму замолчать.

— Я все поняла. Спасибо, мамочка. Я тоже тебя очень люблю, — всхлипываю, применяя последнюю манипуляцию, и походкой побитой собаки выхожу из родительской спальни.

Если на папу мои уловки не действуют, то вот на маму…она впечатлительная, вот вдруг и впечатлится…

Правда, впечатляюсь по итогу я, когда в половину третьего дня, охрана сообщает, что у нас гости. Услышав имя этого «гостя» подлетаю к окну, оставляя родителей на кухне. Мои уловки не сработали, но чай с вкусняшками я все же с ними пить пошла. Можно сказать соизволила.

Подбегаю к окну и вижу идущего к дому Арсения. Сердце замирает. Я не дышу. Точно-точно. Что он тут делает? Не предупредил даже, что заедет. Да и во двор он к нам не заходил больше ни разу, после того вечера в парке. Всегда ждал в машине за забором…

Дверь открываю сама. Выскакиваю на крыльцо еще до того, как Арс касается подошвой первой ступеньки.

— Привет, — взмахиваю рукой, хоть мы и виделись сегодня. — Ты чего не написал? — привстаю на носочки, прикусывая ноготь на указательном пальце.

— Привет, — Арс поднимается и, наконец, ровняется со мной. — Я ехал мимо просто и…

— Мимо нашего поселка? — хмурю брови. — Это куда ты ехал?

— А отец твой дома? — отвечает вопросом на вопрос.

— Дома, — заторможено киваю. — А тебе зачем? — перехожу на шёпот.

Арс трет затылок, взъерошивает пальцами волосы, и, перекатившись с пяток на мыски, шумно выдыхает.