Книга Наше шаткое равновесие, страница 22 – Мария Высоцкая

Мы живем на восьмом этаже общажного корпуса, и камер у нас нет. Поэтому порядок ночью можно проверить, лишь лично сделав обход. Но вахта, конечно, этого не делает, или делает по чьей-то жалобе. Но жалуются редко. В большинстве своем на выходных все гуляют. А на моем этаже не только на выходных.

Засовываю в уши беруши и накрываю голову подушкой. Надеюсь, так я смогу уснуть. Время — час, а общая вакханалия за стеной не собирается закругляться. Но когда все это выносится на кухню, где слышимость просто отличная, мои нервы сдают. Сколько можно уже? Я тоже человек, и я спать хочу!

Хватаю халат, накидывая тот на плечи и, подобно фурии, выбегаю в коридор. Меня накрывает от злости.

— Вы уже достали, — замираю в кухонном проеме, прерывая звонкий вой под гитару. — Можете заткнуться и свалить по комнатам? Люди спать хотят! Вы здесь не одни.

Яша икает, переводя на меня помутневший от алкоголя взгляд.

— О, соседка, — хохочет, — не ори, выпей с нами. Выпьешь, — вновь ик, — вот это, — протягивает пол-литровый пластиковый стаканчик пива, — и мы не будем тебе больше мешать.

Делаю резкий шаг в его сторону, выхватывая стакан из его рук. Мурас заинтересованно поворачивается к нам, не переставая бренькать на гитаре. Смотрит с насмешкой. Позади маячит эта блонди, что-то шепча ему на ухо, и он улыбается шире. Я вижу в его глазах азарт. Типа, давай, выпей, посмотрим на правильную девочку, и то, как ее развезет. Поржем.

Только вот то, что девочка вовсе и не правильная, ему не известно.

— Хорошо. Я выпиваю, и вы сваливаете.

Яша кивает.

— Сразу. Залпом давай.

— Хорошо, — делаю еще шаг и выплескиваю все содержимое стаканчика на гитару Мураса.

Конечно, на него тоже попадает, и немало.

Сминаю пластик и кидаю тот на пол. Шум мгновенно прекращается. Наступает какая-то мертвая тишина, все взгляды прикованы ко мне и Мурасу. Все ждут, что он сделает.

— Беги, — говорит кто-то замогильным тоном.

Поджимаю губы и несусь к себе. Только я скрываюсь за стеной коридора, как вслед доносится дикой ор:

— Стоять. Ты охерела, дура!

— Сам дурак, — бубню себе под нос, толкая дверь в комнату.

Игорь залетает следом, громко хлопая нашей и так полуразвалившейся дверкой.

— Я тебя прибью, — хватает за плечи, встряхивая, — ох*ела. На меня смотри!

— Отвали. Не трогай меня! Придурок.

— Рот закрой. Мозгов совсем нет?

— Нет, — толкаю его, но это бесполезно, — ты мне все равно ничего не сделаешь. Ничего! — шепчу по буквам.

Мурас отталкивает меня от себя, складывая руки на груди. Его взгляд пробегает по моим шортам, больше похожим на трусы, и слегка задравшейся майке под распахнутым халатом.

— Эт почему? — его голос больше не звучит раздраженно.

— Не почему. Проваливай, Игоречек.

— Ты бессмертная, что ли, Лунга?

— Я Лунгу!

— Да мне похер.

— Уйди из моей комнаты.

— Не, — как-то странно улыбается, — не сделаю, говоришь? — подходит ближе, а я пячусь.

Мне не нравится его взгляд. И этот приторно-сладкий голос тоже. Игорь хватает меня за руку и тянет на себя. Я не успеваю за что-либо ухватиться и прилетаю прямо ему в грудь. Чувствую тепло его тела и пугаюсь еще больше.

— Ты что делаешь? Выйди. Уйди отсюда.

— Обойдешься, — тянет мой подбородок вверх.

Замираю, мой взгляд мечется по его лицу. Невольно слегка приоткрываю губы, чувствуя, как он сильнее прижимает меня к себе. Сердце колотится как бешеное. Он склоняется ко мне, а я едва успеваю вдохнуть немного воздуха…