Книга В тебе до капли растворюсь, страница 159 – Ли Беннетт

Картина казни.

Но и это не было самым ужасным...

Хасан, ловко воспользовавшись моим замешательством, переложил своё оружие ко мне в ладонь и сверху зафиксировал свою руку. Затем, он навёл пистолет прямо на Мишу.

Я...

Целилась...

В своего любимого человека...

И с каждой секуной, палец Алиева, что давил на мой, лежащий на спусковом крючке, увеличивал силу нажатия.

— Нет, нет, нет... - я замотала головой и попыталась вырвать руку, но сил не осталось совсем. И для Хасана не было проблемой удержать меня, — Я не сделаю это... Нет... Никогда...

— Всё хорошо, родная, — внезапно я услышала голос Миши и перевела на него взгляд заплаканных глаз, — За тебя я готов отдать жизнь.

— Нет, нет, — я начала рыдать уже взахлёб, чем изрядно взбесила Алиева и он не выдежал.

— Хватит этих прилюдий! Сначала покончу с Громовым, а потом с тобой. — Алиев сплюнул и поморщился, — Фу, какая ты бесхребетная!

А дальше, всё происходило, словно в замедленной съёмке.

Я поворачиваю голову вправо и вижу, что к нам бегут наши ребята, во главе с Сашей. Невольно улыбаюсь.

"Нашли!" — промелькнуло в голове.

Буквально секунда и начинается перестрелка людей Хасана с нашей группой захвата.

Но фокус моего зрения сместился на пистолет в наших с Алиевым руках.

Хасан вырывает пистолет из моих рук, наставляя его на уже поднявшегося Мишу.

Секунда.

Я прикрываю глаза и набираю побольше воздуха.

Открыв глаза, ловлю взгляд Миши и шепчу губами:

— "Люблю", — улыбаясь, чуть грустно.

У человеческой храбрости есть интересная черта, которая придаёт ей особую ценность.

А черта эта заключается в том, что гораздно легче быть храбрым, когда нужно спасать кого-то другого, в особенности, если в спасении нуждается любимый человек, чем в тех случаях, когда нужно спасать самого себя.

Решение в голове возникло быстро.

Миша всё понял... Он всегда понимал меня.

— НЕТ!!! — кричит, срывая голос мой любимый, бросаясь в нашу сторону, но дело сделано.

Не знаю, откуда у меня взялись силы, но я умудрилась в самый последний момент ухватиться за пистолет и направить дуло себе в район живота.

Охлушительный хлопок.

Вспышка.

Резкая, непомерно сильная боль появилась в животе, а затем охватила и всё тело.

Единственное, что меня в ту секунду волновало, так это то, чтобы мой план сработал. Мы ведь стояли вплотную друг к другу, так как Хасан до последней секунды не выпускал меня из хватки. А значит пуля, что в идеале, должна пройти через меня навылет, обязательно зацепит Хасана.

Мы валимся вдвоём с Хасаном назад. Я практически ничего не соображаю и не вижу. Лишь отдельные, размытые блики.

Миша жив, я слышу, будто в далеке его голос.

И оглушительная тишина.

Перестрелка уже закончилась? Я так рада, что ребята нашли нас вовремя...

Миша жив.

Жив.

А Я... Жива?

Я всё кручу эту фразу в голове, смакуя её. Ощущаю, как силы уходят, но стараюсь оставаться в сознании. Я знаю, что так нужно.

Знаю.

Но даю себе возможность буквально на секунду отключиться, набраться сил. Ведь организм так устал...

Я так устала...

Последнее, что я почувствовала, как ко мне прикасаются тёплые и большие ладони, а в нос закрадывается такой знакомый, родной запах сандалового дерева и мускуса. Тело, что до этого звенело от напряжения и боли, в момент расслабляется.

— Я рядом, малыш, — шепчет любимый голос, — Пожалуйста, не отключайся. Слышишь? — урывками слышу фразы, пытаясь за них ухватиться, — Скоро прибудет помощь... Не бросай меня, я без тебя не выживу...