Книга Свадьбы не будет, страница 97 – Ульяна Романова

— А если будет? – парировала я. – А еще Ниночка хочет, чтобы я была подружкой невесты. А я не люблю свадьбы.

— Так вот в чем дело, – непонятно чему обрадовался Лев.

— Неважно, – отмахнулась я. – Давай есть? А еще неплохо было бы поспать хоть пару часов, нам вечером на смотрины идти.

— Спать не обещаю, – томно прошептал Лев мне на ухо, а я, кажется, покраснела.

Переложила готовые пельмени в тарелки и расставила на столе.

— Лева, – позвала я задумчивого опера, – а я вчера волосы покрасила, ты заметил?

— Кому? Георгию? Этого трудно не заметить, там такая синева на морде расплескалась, что даже крот увидит издалека, – засмеялся он.

— Себе, – улыбнулась я, – мне идет?

— Кнопка, ты, даже если налысо побреешься, все равно красивая будешь, – просто и легко сообщил он.

— Я не хочу быть красивой, я хочу быть очень красивой, – улыбнулась я, усаживаясь за стол.

— Слушай, у моей бабули на чердаке есть косметически прибор «Ромашка». Советский. Надежный и крепкий, как характер тренера. Могу привезти тебе погонять.

— Лучше себе самогонный аппарат привези, который тебе в наследство остался. Будешь пить, пока я не стану идеальной, – засмеялась я.

— Ты для меня идеальная. Мне никогда и ни с кем так хорошо не было, – хрипло признался Лев.

— И мне, – на выдохе призналась я.

Он протянул руку, обхватил мое лицо и погладил щеку большим пальцем. Я сглотнула и посмотрела ему в глаза. Казалось, что меня утягивает в омут его глаз, все вокруг закружилось, а в горле пересохло.

Он так смотрел, что я поверила каждому слову. Что я идеальная. Для него.

В груди разливалось волшебное тепло, а я никак не могла отвести взгляд. Смотрела в его глаза и видела там то, чего он не говорил вслух.

— Знаешь, что я сегодня поняла? – заговорила я. – Что с самой первой встречи я тебя не боялась. Я не знаю, как это объяснить… В тот день, когда ты впервые пришел как Лев Дармоедов, и Матвей с этой куриной лапкой… Мне не было страшно. Как будто я подсознательно понимала, что ты не причинишь мне вреда. И в деревне, когда мы от козы убегали, и ты меня от петуха спас, я уходить в дом не хотела. Должна была, но мне все время хотелось быть где-то рядом с тобой, хотя мы тогда, мягко говоря, не ладили. Мне даже ругаться с тобой нравилось, хотя я не понимала причин вашей неприязни. Уговаривала себя, что мне хочется узнать, почему вы не оставляете меня в покое, но всегда хотела поближе к тебе.

— А я все гадал в деревне, почему ты притихла, – признался Лев, утягивая меня к себе.

Усадил на колени, поцеловал в нос. Я положила ладони ему на плечи и продолжила:

— А вчера, когда Георгий пришел, я испугалась до икоты. Еще до того, как он угрожать начал. Что-то такое в его поведении было странное. И потом очень боялась за тебя, – понизив голос, призналась я.

Прижалась теснее и зашептала:

— Когда никто из вас трубку не взял, испугалась так, что дышать не могла.

— Есения, посмотри на меня, – потребовал Лев.

Я выпрямилась и посмотрела в его глаза. Обеспокоенные.

— Я даю тебе слово, что со мной ничего не случится. Поняла?

Он говорил жестко, выделяя каждое слово.

— Да, – закивала я.

— Я не один работаю, малышка. Лучше бы тебе было вообще не знать, кто я и чем занимаюсь.

— Но я знаю.

— Но ты знаешь, – вздохнул он, – поэтому я даю тебе слово, что со мной ничего не случится. И я всегда буду возвращаться домой, если буду знать, что ты меня ждешь. Переедешь ко мне? – неожиданно закончил Лев.