Книга Свадьбы не будет, страница 103 – Ульяна Романова

— Ничего не знаю, – отрезал я, – я женат. Мне жена не разрешает с женщинами разговаривать. И мама не разрешает. И бабушка Валя, и тетя Зина тоже против.

— Жена не стена! – выставила вперед ладонь женщина.

— Жена – ведьма, – признался я.

— Я Люба, – не желая ничего слушать, представилась женщина.

— Беги, – прошептал тренер, закрывая рот кулаком, чтобы не заржать.

Мот же не стеснялся, откинулся на спинку дивана и улыбался во все лицо, пока я соображал, насколько я принципиален и, если придется уходить с боем, могу ли я скрутить женщину. Даже такую решительную, как Люба.

— Акакий, – представился я, – Дармоедов.

— Боже, вас мама в детстве не любила? – ахнула Люба.

— И папа недолюбливал, – согласился я.

— Ничего, имя поменяем!

Потрясающе решительная женщина. Я ее даже зауважал в тот момент. Любовь видела цель и плевать хотела на препятствия, но мне-то что делать?

Я поднялся, навис над ней и грозно сообщил:

— Я женат! Ясно? У меня шестеро детей, и всех я люблю. Давайте я закажу вам кофе, и мы мирно разойдемся?

— Алиментщик, значит? – Любовь поджала губы и недовольно выдохнула, когда в кофейню вошла моя любимая ведьма.

Есения сначала обалдела, а потом ее глаза яростно сверкнули, и она быстро подошла к нам.

— Любовь Ивановна? – позвала она.

— Анфиса! – всплеснула руками дамочка. – Представляете, нашелся!

— Это не тот! – хмуро сообщила ей кнопка.

— Как не тот?

— Вашего Геннадий зовут. Фамилия Миляев. В СИЗО сейчас, поэтому встретиться никак не можете.

Ай да кнопка! Я в тот момент даже посочувствовал Василию. Пару секунд, но все же…

— А… Но этот же…

— Этот женат, вы что, не видите?

— В каком СИЗО?

— Не знаю.

— Вы что, мне зека наколдовали?

— Это не я, это Вселенная, – Есения ткнула указательным пальцем в потолок и опасно сузила глаза. – Вы станете с высшими силами спорить?

— Нет, – осеклась Любовь. – Ну, я пойду?

— Да, – чопорно согласилась Сеня.

— До свидания! – Любовь Ивановна еще раз с тоской покосилась на меня, а потом развернулась и так же бодро, как вошла, вышла на улицу.

Мотя заржал в голос, а тренер с уважением глазел на мою малышку, показывая ей большой палец.

— Сеня, отныне ты – мой кумир! – выдал Мот.

— Иди ко мне, ведьма! – потребовал я, обхватывая ее за талию и рывком привлекая к себе.

Не обращая ни на кого внимания, поцеловал любимые губы. Сеня сразу же обмякла в моих руках и доверчиво прижалась.

Моя.

— Ваш капучино, – отвлек нас голос Дины.

Сеня уткнулась носом мне в грудь и пыталась восстановить дыхание.

Я боялся, что чувства перегорят. Опасался, что меня перестанет к ней тянуть, но спустя полгода отношений я хотел ее сильнее, чем в первый раз. Загорался от прикосновения. От взгляда. От тонкого, едва ощутимого запаха ее волос, которые пахли лесными травами. От того, насколько разной она могла быть: колючей, как ежик, а потом мягкой и нежной, как котенок.

В нее невозможно было не влюбляться заново каждый день. Она давала уверенность в том, что я любим. Что меня ждут.

Маленькая кроха, которой я преподнес свое сердце и душу.

— Я люблю тебя, – не удержался и шепнул ей на ухо.

— И я.

Два года спустя

Есения

Ненавижу праздники! Особенно в одиночестве!

Я сидела у окна в палате, тоскливо смотрела на фейерверки, гладя свой округлившийся живот, и негодовала. А еще очень хотела домой, к Леве.