Онлайн книга «Ржавчина»
|
Он отпустил меня, развернулся и ушел, подводя итог этому отвратительному разговору, а я смотрела, как мой бывший лучший друг скрывается за дверьми школы, и не верила собственным глазам… Когда я заканчиваю рассказ, мои щеки полностью мокрые, и я отворачиваюсь к окну, чтобы Амара не заметила. Иначе она обязательно упомянет это в одном из своих отчётов, заставляя меня переживать эту ситуацию снова. А я не уверена, что мне хватит сил. Но Амара молчит… * * * — Что нового в школе? – спрашивает вечером мама, открыв банку оливок и нарезая их тонкими колечками на салат. Мы проводили Тобиаса в университет и собрались на кухне за ужином. – С кем-нибудь подружилась? Как одноклассники? Несмотря на то, что я уже несколько раз рассказывала, мама до сих пор не понимает, что американская школа отличается от той, что она запомнила. Здесь не делят подростков на классы и не заставляют изучать одинаковые предметы. Мы выбираем сами, и поэтому состав людей, с которыми ты учишься, постоянно меняется. Но мне лень объяснять снова, поэтому я резюмирую шепотом и по-русски: — В нашу школу теперь ходят ребята из Ржавого города. Мама замирает с ножом в руке, потом откладывает его в сторону. — Это шутка? — Нет, – спокойно отвечаю я. Она поворачивается к Майклу и переводит мои слова, добавляя уже от себя: — Там самый высокий уровень преступности в штате. О чем они вообще думали? Я бы объяснила, в чем дело, рассказала бы, что их собственная школа закрылась, но в мою сторону никто не смотрит. Правда, Майкл тоже не принимает все близко к сердцу. — Анна – хорошая девушка, она не станет общаться с такими отбросами, – говорит он и снова утыкается в газету. – Не вижу смысла переживать. — Это не подростки, а настоящие звери. Нужно поговорить с управляющим советом. Мама снова начинает уничтожать маслину, раскромсав ее до черной крови, приговаривая: — Там ходит столько заразы. Гепатит, СПИД, сифилис. Это не район, а свалка. Сборище крыс. Эх, мама, знала бы ты, что среди сборища крыс живет тот самый мальчик, с которым много лет назад нас было не оторвать друг от друга. И который теперь почему-то делает вид, что я для него никто. — В твой класс попали какие-то ребята оттуда? – поворачивается ко мне она, снова забыв. Я киваю. Плевать. — Иди руки помой! – командует она. – Антибактериальное мыло возьми на полке. Кто знает, чем они больны. — Хорошо, – отвечаю я, вдруг задумываясь о том, что завтра перед школой надо зайти в аптеку и купить санитайзер. На всякий случай. Глава 2. Август Семь утра, солнце палит нещадно, а идти до ближайшей остановки теперь приходится долго. Под подошвами посеревших кед клубится пыль. Тоже ржавая. Словно напоминая о том, где ты находишься. Хотя никто из местных об этом никогда и не забывает. Разруха и нищета. Бедность и насилие. Злоба и безысходность. Вот он, Ржавый город во всей красе. Если верить рассказам, много лет назад здесь был авто концерн, который когда-то процветал. А потом завод закрыли. Специалисты и служащие переехали, а простые рабочие разбрелись кто куда. С тех пор район все больше приходил в упадок, пока не превратился в пристанище тех слоев населения, которые позволить себе что-то иное оказались просто не в состоянии. Вообще у этого места есть официальное название, но им уже много лет никто не пользуется. Да и зачем? |