Книга Осколки, страница 49 – Виктория Побединская

— Ух ты, гляди-ка! Здесь есть пазл, который «может пособирать любой желающий».

Именно это и гласит небольшая табличка, и Артур немедленно находит себе занятие.

Я даже не знаю, нужен ли читательский билет, чтобы находиться тут, потому что библиотекаря не видно. Медленно обхожу за рядом ряд, касаясь кончиками пальцев твёрдых переплетов, как будто они смогут наполнить внутренней силой, восстановят недостающие фрагменты.

Поочередно достаю заинтересовавшие меня книги и вдыхаю их аромат, надеясь на подсознательную память. Некоторые горчат, как полевая полынь, от других веет степными травами, а третьи источают легкий запах пыли и табака. Но ничего не будоражит воспоминания внутри.

— Что-то нашел? — Устроившись у окна, где побольше света, Шон изучает карту города. Не уверена, что именно на ней он пытается отыскать, но выглядит весьма серьезным.

— Пока нет, но сориентироваться на местности не будет лишним. Что у тебя?

— Ничего, — честно отвечаю я. — Наверное, займусь достопримечательностями, может, среди них что-то натолкнет на мысли.

— Хорошо, Ник набрал у входа брошюры, можешь присоединиться к нему.

Я киваю и заворачиваю за высокий стеллаж. Ника нахожу за одним из столов, большая часть которого завалена путеводителями, картами и рекламой.

— Не понимаю, что мы здесь ищем? — откидывая от себя очередной буклет, возмущается он. — Почему именно библиотека?

— Это было мое предложение — искать здесь, — присаживаясь напротив, я придвигаю к себе стопку путеводителей. — Я люблю книги. Наверное, даже больше, чем людей, поэтому подумала, что если бы была в этом городе, не смогла бы пройти мимо.

— И чем тебе люди не угодили?

— Они разочаровывают, — пожимаю я плечами.

— А книжки, по-твоему, нет? — посмеивается Ник. — Куда занятнее читать не их, а людей, не считаешь?

— Может быть. — Я давно хотела с Ником поговорить, и, кажется, лучшего шанса не представится. Оглянувшись через плечо, чтобы убедиться, Шон нас не слушает, признаюсь: — Я кое-что вспомнила.

— И что же? — не поднимая взгляда, Ник принимается собирать разбросанные брошюры в стопку.

— Я помню Тайлера. В моем воспоминании ему лет двенадцать-тринадцать, и мне кажется, мы были близки.

Ник молчит, а я ожидаю ответа, уставившись на бумажную листовку, рекламирующую это место, но почему-то на французском.

— Интересно, изменился ли он? Смогла бы я его узнать, если бы вдруг увидела?

Ник молчит.

— Думаю, что смогла. Он был красив.

— Любить человека за внешность все равно, что книгу за переплет, — вдруг отвечает Ник совершенно невпопад.

— В каком смысле?

— Это написано на листке, что ты держишь в руках, — отвечает Ник, а потом добавляет: — Ну, и? Дай угадаю. Ты пришла, чтобы узнать, что я помню про этого парня?

Не хочу радовать его согласием. Но к счастью, Ник начинает говорить сам.

— Я помню, как он частенько рассказывал о тебе. — Он запускает пальцы в волосы, словно пытаясь отыскать ответы где-то в глубинах памяти. — Да, определённо. Он очень много говорил о тебе.

— Ты правда это помнишь? А что именно? Что он говорил?

Мне кажется, я даже дышать перестаю, потому что его слова так сходятся с осколками моих воспоминаний. Хотя, может быть, я слишком много фантазирую.

— Что такой девушки не встречал ни разу в жизни.

Сердце подпрыгивает, воспарив.