Книга Бернаут, страница 73 – Виктория Побединская

— Доброе утро, – поздоровалась я.

Кас кивнул. Лил добродушно помахала. Бланж окинул меня оценивающим взглядом с головы до ног, приподнял брови, но ничего не ответил: видимо, предполагалось, что мы поздоровались еще в спальне. Теперь он, как панда, щеголял с синяками под обоими глазами. Дэм меня не заметил: он сидел, уткнувшись в телефон и жуя сэндвич, а Лаклан проигнорировал, так что я решила игнорировать его в ответ.

— Гранолу с йогуртом хочешь? – помахала Лил коробкой, гремя ею, словно погремушкой. В ее лице ничего не выдавало вчерашний инцидент. Она улыбалась как ни в чем не бывало. – В холодильнике есть молоко.

— Лучше йогурт, – ответила я, оглядываясь в поисках чистой тарелки.

— Ты как Бланж. – Она взмахнула ложкой. – Он тоже с йогуртом ест. – И, заметив метания моего взгляда, добавила: – Посуда внизу, возле холодильника, в посудомойке.

— Спасибо. – Я принялась перекладывать часть йогурта из пластикового ведерка в свою тарелку.

— Если что, на нижней полке есть бекон, овощи и яйца. В морозилке – пицца и коробки с готовой едой. Фрукты в сетках справа. Правда, там остались только почерневшие бананы. Кофемашина. – Она повернулась, указав на противоположную стену рукой, словно стрелой. – Чистка на тебе.

Что ж, исчерпывающе. Взяв свою тарелку, я быстрым взглядом окинула кухню, ища, куда сесть. Только одно место было свободно. Между Бланжем и Лил.

— Я вчера так прокололась с твоим кремом, – тяжело вздохнула я, поворачиваясь к ней. – Мой нос выглядит как жареный помидор.

Но вместо Лилиан внезапно отреагировал Бланж.

— Дай посмотрю. – Он протянул руку, поворачивая мое лицо в свою сторону. Я медленно подняла на него глаза, заставляя себя не тушеваться. Ссадины на его скулах и подбородке за ночь раскрасились такими яркими оттенками, что любая чета единорогов с радостью бы приняла его в свои ряды.

Мы сидели лицом к лицу. Моя левая нога прижималась к внешней стороне его бедра, касаясь ярко-красных штанов в разноцветных нашивках.

— А это что у тебя? – мягко дотронулся он до синяка чуть выше коленки.

— Ой, ерунда.

Мои ноги с детства были покрыты ушибами. Если существовал хоть один маршрут, позволявший собрать все углы мизинчиками, дверные ручки – бедрами, а косяки – локтями, я обязательно выбирала его. Вот и сейчас короткие шорты не скрывали синяк, который я умудрилась позавчера заработать.

— Это комод… – подняла я взгляд, вдруг засмущавшись. – В нашей спальне. Не заметила в темноте. – Так много людей смотрело на нас, что отчего-то казалось, будто я выдаю какие-то жутко интимные подробности нашей совместной жизни.

— Ты абсолютно искренне восхищаешь меня, Жак, – мягко произнес Бланж, так и не убирая руку с моего колена. Меня эта рука уже начинала нервировать. – Мне кажется, я никогда в жизни не видел такого человека, как ты, способного убиться буквально на ровном месте. Как ты до двадцати лет дожила?

— А мне девятнадцать только, – ответила я.

— О, надо же…

— Господи, вы можете хотя бы так откровенно не палиться? – раздался возмущенный шепот Лил. Она наклонилась ближе, так что никто больше не мог ее услышать. – Ты что, не мог выучить, сколько ей лет?

— А я и не спрашивал.

— Боже…

А потом вдруг щелкнула камера. Лили развернула телефон. На снимке не было видно лиц. В кадр попали лишь наши переплетенные ноги и рука Бланжа, по-хозяйски лежащая на моем колене.