Книга Бернаут, страница 60 – Виктория Побединская

— Кажется, я ему не понравилась.

— Ему никто не нравится. Не бери в голову.

Легко сказать.

— Я знаю, это звучит максимально странно, но Бланж не говорил, что у него есть брат.

— Нет, это не странно, – ответила Лилиан, с хрустом откусив кусок. – Это просто два Беланже. Две разбитых чашки из одного сервиза. – И в ответ на мой непонимающий взгляд пояснила: – Насколько мне известно, не все в их семье гладко. Мать умерла. Отец периодически поднимал руку. Так что, когда Лаклану предложили контракт в Америке, он бросил все и уехал. Бланжу было двенадцать.

— И он его не простил?

— Думаю, сейчас уже простил. Но, судя по всему, осадочек остался.

В этот момент из прицепа, переоборудованного в раздевалку, как раз вышел Реми, сменивший кэжуал на яркую экипировку. Надо признать, выглядел он эффектно. Высокие мотоботы, черно-оранжевые штаны и лонгслив с номером двадцать один на спине. Вау.

Возможно, я произнесла это вслух, потому что Лил, рассмеявшись, ответила:

— Если что, я в курсе.

Я опешила:

— Чего именно?

Она посмотрела на меня говорящим взглядом, медленно улыбнулась и пояснила:

— Вашего брака. Можно сказать, присутствовала при зарождении идеи. Сочувствую.

«Господи, какой же Бланж засранец, – подумала я. – Сам твердил, что никто не должен знать. Я даже не призналась Кэсс. И вот, пожалуйста».

— Мне поручено сообразить вам красивую легенду, – улыбнулась она. – Не волнуйся, никто не узнает. Бланж сказал, что, если дойдет до суда, решающей может стать любая мелочь: билеты в кино, фото в соцсетях и, конечно же, свидетели. Чем больше, тем лучше. Я все сделаю в лучшем виде.

— Даже не знаю, как на это реагировать. То ли дать ему хорошую затрещину, то ли расцеловать.

— Можно и то и другое сразу, – рассмеялась она. – О, вон и ваш главный свидетель. – Она махнула рукой с зажатым в ней яблоком в другую сторону, где из похожего вагончика появился парень. Весь в белом, с номером один.

— Это Марс? – на всякий случай решила уточнить я.

— Ага, – она кивнула, окинув раздраженным взглядом белую палатку через две от нашей, как будто хотела тайно ее поджечь. Сейчас там ошивались несколько девчонок, одетых в короткие топы и шорты. Я давно поняла, что от количества тестостерона сегодняшним вечером все точно вспыхнет. И девицы, явившиеся сюда, судя по виду, были совершенно не против. – Сезон суперкросса давно закончился. А мотокросс еще не открыт. Когда еще увидишь такое шоу?

— Я не совсем понимаю, – нахмурилась я. – Все, что ты говоришь, для меня полная тарабарщина, прости.

Но Лилиан лишь рассмеялась.

— Это так мило. – Она склонила голову. – Почти невозможно поверить, но Бланж и правда выбрал кого-то не из этого мира. Смотри. – Она показала на парней вдалеке, которые гоняли на треке. – Это мотокросс. Он всегда проходит на открытом воздухе по бездорожью. Треки длинные и имеют кучу препятствий. На него мы и будем смотреть. Суперкросс – это почти то же самое, но на крытых аренах с короткими трассами. Еще есть фристайл – это прыжки с трамплинов. Видела в «Святом море» огромную поролоновую яму? Вот там Бланж иногда для прикола некоторые трюки делает. Все просто. Кстати, держи. – Она протянула тюбик крема.

— Зачем?

— Солнцезащитный, с фактором пятьдесят. А то сгоришь в первый же день.