Книга Дурашка в столичной академии, страница 103 – Виктория Свободина

— Вы плохо себя чувствуете?

— Да, немного, еще накопилась усталость, да и сама поездка в плане общения с родственниками прошла не лучшим образом.

— Конечно, идите. Вам что-нибудь нужно? Лекарства, возможно?

— Нет-нет, спасибо.

Севридж проводил меня до комнаты и даже пообещал, что до завтрашнего утра меня никто не беспокоит. В сон я провалилась, едва моя голова коснулась подушки.

Проснулась от звука будильника. Голова гудит, общее самочувствие тоже не очень. С трудом собралась, тихо радуясь, что веду теоретическую дисциплину, и можно не использовать магию. В крайнем случае, привлеку студентов. А так, надеюсь, откат долго не продлится. Вышла довольно рано и неспешно отправилась на завтрак. К счастью, одна — не застала в начале пути никого из знакомых мужчин.

Правда, счастье мое длилось не долго. В укромном участке аллеи передо мной возник дракон.

— Доброе утро, — совсем не добро изрек Харт, он мрачен, но мрачность его какая-то спокойная, без огонька, философская такая. Философской задумчивости на лице дракона прибавляет красок яркий и большой фингал под глазом.

— Доброе.

Невольно потянулась к лицу Рэя, чтобы проверить, настоящее ли у него украшение. Мне казалось, что драконы должны быстро регенерировать, да и современный уровень лекарского дела позволяет достаточно быстро убрать такие отметины. Гордый дракон, по идее, должен был подождать, пока все заживет, и потом уже показываться мне. Ну, либо я не понимаю, как мыслят драконьи лорды. Рэйген не дал моей руке коснуться своего лица, отстранился.

— Не надо. Это от магического удара. Быстро не сойдет, а увидеть тебя я хотел раньше, — в чем-то подтвердил мои догадки Рэй. — Как самочувствие?

— Ничего.

— Что с магией?

— Пока неясно. Нужно время. Что у вас вчера произошло с кьяром Лэдором? Не то чтобы я ничего не знаю, но днем легла спать и многое пропустила

Харт пожал плечами.

— А ничего особого. Пообщались просто. К взаимопониманию не пришли.

И результат общения на лицо. Точнее, на лице.

— Меня очень расстраивает этот конфликт.

— Что поделать. Оказалось, что ваш принц тоже весьма упрям.

— Рэй, а в чем состоит твое упрямство? Что в итоге ты хочешь от меня получить? — решилась уточнить я.

Харт насмешливо вздернул бровь и шагнул ко мне. Отступила. Шаг, еще шаг, споткнулась о бордюр и уперлась спиной в дерево. Харт рядом, оперся ладонью на то же дерево прямо возле моей головы и чуть наклонился.

— Для начала я хочу увидеть в твоих глазах обожание, преданность, нежность.

Покачала отрицательно головой.

— Я так не смогу. Как бы там ни было, меня воспитали так, что все эти чувства отдавать кому-то, кроме будущего мужа, неправильно. И я согласна. Любить кого-то, зная, что у тебя с ним не может быть никакого будущего, больно. И даже если в моем взгляде будет обожание, преданность, нежность, они будут мешаться с болью, грустью и страданием. Зачем мне это?

Дракон прикрыл глаза, тем самым пряча от меня уже свой взгляд. Но Харт не отстранился, наоборот, стал ко мне еще ближе. Это наше стояние возле дерева мне кажется сейчас очень интимным и даже неприличным. Если сейчас кто-то выйдет на эту аллею, мне будет крайне неловко. Хочу отодвинуться, но Рэй тут же поставил в районе моей талии на дерево вторую руку. Дракон настолько близко, что меня вновь обволакивает его запах. И я теперь не могу сказать, что близость Харта мне неприятна. После того в прямом смысле горячего поцелуя мое тело реагирует совершенно иначе, хочется податься вперед, сокращая и без того ничтожное расстояние, и обнять дракона, попросив меня согреть. Само собой, сдерживаюсь.