Книга Переселенка, или Реалити-шоу "Хутор", страница 61 – Виктория Свободина

Ну

А что вы вообще делали возле аэропорта?

Платов внимательно смотрит на дорогу и долго молчит.

Будем считать, что совесть замучила. Решил вас попробовать вернуть, но выехал поздно и опоздал к единственному вечернему рейсу отсюда.

O-o-o.

Ну а вы, Лина, почему не улетели?

Ха, про версию о собственной рассеянности точно не буду рассказывать.

Решила, что так просто вам от меня не избавиться.

Я рад.

Дальше ехали вновь молча, но весело, поскольку Данил Сергеевич включил музыку.

Когда относительно хорошая дорога закончилась, окончательно стемнело так. что глаз выколи, а вокруг одни поля, машина Платова замедлилась, а потом и вовсе съехала с дороги, встав в поле.

Что случилось?  напряженно интересуюсь я. Окружающая обстановка и нахождение наедине с организатором вдруг стали сильно напрягать.

Ничего,  спокойно ответил мужчина.  Слишком темно, чтобы ехать по плохой малознакомой дороге с минимумом опознавательных знаков, можем заблудиться или улететь в кювет. Так что переночевать придется здесь. До деревни осталось по моим расчетам относительно недалеко и, как начнет светать, вновь двинемся в путь.

М-да, вот как-то совсем не ожидала, что проведу с нашим куратором ночь в машине.

Хочу,  подтвердила очевидное.

Платов задумчиво потарабанил пальцами по рулю и нотками извинения в голосе произнес: у меня есть только вода в машине. Я сам не прочь перекусить, поскольку обед был давно, и уже было не до ужина.

Я сама мысленно проинвентаризировала содержимое своего рюкзака. Максимум, что я там найду, это засохшее печенье, и то не факт.

Ладно, я тогда пойду в кустики с Честером,  сообщила я организатору и выбралась из автомобиля.

Кустов как таковых в поле не нашла, но поскольку все равно темно и ничего не видно, присела по нужде недалеко от машины.

Вернулась с добычей. Подойдя к авто, открыла дверь и, не садясь в салон, гордо потрясла перед Платовым картофельным кустом, вырванным прямо из мягкой податливой земли вместе с молодыми мелкими клубнями.

Данил Сергеевич, а тут, сказывается, картофельное поле. Помародерствуем? Только вот с огнем туго. У вас найдутся зажигалка и дрова?

Платов довольно прищурился.

Найдется, как раз в багажнике лежат кое-какие стройматериалы для будущего дома.

Ой, а вам их не жалко?

Ни капли.

Позже, мы сидели с Платовым, закутавшись в пледы на моем спальном мешке возле тлеющего костра, ели невероятно вкусную запеченную картошку, запивая ее простой, но тоже почему-то очень вкусной водой, смотрели на усеянное мириадами звезд небо и тихо разговаривали.

Лина, признайтесь, как вам удается так хорошо управляться с отарой? Ни одной потерянной овцы за всю работу. Мои люди только один день проработали, а уже потеряли трех овец. Одну, правда, нашли в овраге со сломанными передними ногами, а остальных, на тот момент, когда я уезжал, усиленно искали.

Я хмыкнула.

А так вот зачем вы захотели меня вернуть.

Овец жалко.

Платов тоже фыркнул, но ничего на это не ответил.

Я играю им на дудочке, они сначала застывают, слушают, а потом спокойно идут за мной.

На дудочке? Надо же. Тогда как-нибудь специально приеду послушать, как вы играете.

Не боитесь?

Чего?

Что заслушаетесь ведьминскую мелодию, окажетесь околдованы и будете послушно и бездумно следовать везде за мною как какой-нибудь баран.