Книга Подвенечное платье, страница 49 – Наталья Кашина

С этими словами Александр одним лишь движением руки распахнул массивную дубовую дверь так, будто бы она была из фанеры, и придержал ее для Анфисы. Та молча вошла внутрь и начала подниматься по лестнице. На середине девушка было обернулась, но управляющий уже скрылся в своем кабинете.

На следующий день после ночного разговора Александр уехал, и лишь спустя пару дней Анфиса узнала, что он отправился вслед за купцом инспектировать многочисленные склады торговых предприятий. Дни в доме стали походить один на другой. Анфиса в полной мере поняла, что такое хандра и одиночество. Гнев на управляющего сменился тоской, а уверенность в том, что она поступает правильно, уступила место сомнениям и даже угрызениям совести. Девушка действительно, как выразился управляющий, засунула свой нос в чужие дела, возомнив отчего-то, что ей непременно нужно во всем разобраться и все разузнать. Такое поведение крайне сложно было объяснить даже природным любопытством, и сейчас, вcпоминая как она срезала пуговицы с подвенечного платья из комнаты Тани, Анфиса не чувствовала ничего, кроме стыда и презрения к себе за этот поступок. Ее поведение шло вразрез со всеми известными ей правилами приличия, и теперь единственный человек, чьим мнением она по-настоящему дорожила, был в ней бесконечно разочарован.

Анфиса и сама была в себе разочарована.

Единственным радостным проблеском последовавших дней стало известие о помолвке Сонечки. Оказалось, что простуда няни не прошла бесследно, но вместо осложнений принесла девушке предложение руки и сердца от молодого, но подающего большие надежды аптекаря. Оказывается, что семья Сони много лет жила на одной улице с семьей провизора, и Соня со своим будущим женихом все детство вместе играла в салочки. Но потом отец юноши, владелец небольшой аптеки, на последние деньги отправил сына учиться, и только сейчас молодой человек, возмужав и набравшись опыта, вернулся в родной дом, чтобы продолжить дело отца. К нему-то и обратились заботливые родители Сони, когда у дочери начался тяжелый, грудной кашель. Молодой человек, увидев повзрослевшую и похорошевшую Соню, тут же вспомнил свою детскую влюбленность и уже через десять дней объявил, что будет засылать к ее родителям сватов. Собственно, прося у Анфисы платье для такого ответсвенного события, Соня и поделилась с подругой своим счастьем.

Анфиса искренне порадовалась за Соню, ведь по словам новоиспеченной невесты выходило, что ее избранник – юноша хоть и молодой, но уже достаточно образованный и трудолюбивый. От всей души пожелав подруге счастья, Анфиса, ни минуты не сомневаясь одолжила ей свое новое шелковое платье. На мгновение Анфисе даже пришло в голову отдать его подруге насовсем, но она не смогла. Наряд был очень дорог ей как память обо всем, что было и могло бы быть между ней и Александром. В воспоминаниях, как в калейдоскопе, промелькнули яркие моменты их знакомства: вот они вместе с детьми играют в шарады, вот он подает ей руку, чтобы помочь сесть в коляску, а вот танцует на вечере у Кайсаровых…

Но радостные воспоминания исчезли так же внезапно, как нахлынули, и вот уже весь следующий день Анфиса в мельчайших деталях вспомнила отвратительную старуху в окне магического салона. Венец безбрачия. Глупое суеверие, лишь упоминание о котором смогло испортить Анфисе настроение на весь день. Страшно даже представить, что почувствовала Таня, увидев в коробке с платьем предостерегающую записку от покойной матери. Кем же нужно быть, чтобы так жестоко поступить с ни в чем неповинной девушкой?!