Книга К чужому берегу. Предчувствие, страница 185 – Роксана Гедеон

Будет именно так. Я сбегу. Вероника с Изабеллой обретут хотя бы шанс на спасение!

Уже под вечер я увидела, как граф в компании Брике несколько раз прошелся по улице Анжу, поглядывая на мои окна. Я посылала им отчаянные знаки, показывая, что нахожусь под замком, и, кажется, была понята правильно. Бравый Жильбер приподнял шляпу, как бы успокаивая меня, а потом показал на часы, будто намекая, что надо подождать. Очевидно — подождать темноты. Я с жаром закивала. Сам Бог привел Буагарди в Париж, иначе бы мне не выбраться из этой передряги!

«А Талейран… О, какой гнусный тип! Как я не поняла — тогда, во время его последнего вечернего визита в эту спальню — что он принимает для себя окончательное решение: предать или не предать меня? Он даже не скрывал, сам говорил об этом! Он пустился в свои сентиментальные излияния, чтобы спровоцировать меня на откровенный ответ. Если бы я сказала «да», купилась на его посулы, он бы, возможно, не предал меня. По крайней мере, не стал бы вмешивать в дело детей. Но я, как глупая, прямо брякнула «нет», не захотела хитрить, и ему стало предпочтительнее продать меня Клавьеру, чтобы иметь хоть какую-то выгоду от отношений со мной…»

Когда стемнело, зашумел холодный, какой-то почти осенний, дождь. Молнии прорезывали темноту сада. Одетая, я забралась с ногами на постель, задернула полог, чтобы возможные соглядатаи думали, что я сплю. Около полуночи сквозь шум капель со двора донесся шорох. Подбежав к окну, я увидела, как мелькнули две темных тени внизу. Длинная садовая лестница взметнулась вверх и уперлась в стену под моим балконом. Увы, ее высоты не хватало — она не доставала до моего окна примерно на восемь футов^[71]. Впрочем, для Буагарди это не стало препятствием для проникновения в комнату. Поднявшись по лестнице, которую внизу придерживал Брике, он ухватился за перила балкона, мощным движением подтянулся, перебирая руками, и уже спустя мгновение встал передо мной, обдав кучей брызг.

— Приветствую вас, мадам. Однако странное место для встречи, не так ли?

Его зеленые глаза азартно блестели.

— Очень странное! — сказала я в сердцах. — Не знаю, поняли ли вы это, граф, но Талейран взялся любой ценой задержать меня в Париже!..

— Я понял это. И безмерно благодарен за то, что вы разбавили мою нынешнюю обывательскую жизнь маленьким приключением.

Он шутил или вправду был доволен? Я решила не допытываться. Меня беспокоило другое.

— Как мне выбраться отсюда, сударь? Лестница не так длинна…

— Да, Брике позаимствовал ее у здешнего садовника, но она, как я и предвидел, мало нам поможет.

— А что же поможет? Что? — допытывалась я нервно.

— Есть одна вещица. — Буагарди, лукаво изогнув бровь, распахнул мокрый плащ и показал мне обмотанную вокруг его талии крепкую шелковую веревку. — Доверьтесь моему опыту. Перед вами человек, который покорял башни…

Он имел в виду свой прошлогодний побег из сомюрской тюрьмы. Тогда Буагарди с помощью веревки спустился с головокружительной высоты с пятьдесят футов. Правда, сорвался во время спуска и слегка поранился… Однако цели своей достиг — бежал, и синие его не поймали.

— Вы тогда спускались сами, — проговорила я испуганным шепотом, — а сейчас… как же мы двое…

— Доверьтесь мне, мадам. Я сделаю все, как надо, и в своих мускулах не сомневаюсь. Кроме того, по сравнению с башней Гренетьер третий этаж дома Талейрана — как рисовое зерно рядом с тыквой.