Книга Главная роль актрисы-попаданки, страница 50 – Лара Барох

Я провела в очередной, не знаю, который по счету, раз, нравоучительную беседу со старухой и бодро зашагала домой.

На вечерней прогулке с собаками, это уже вошло у нас в привычку, и животные ждали меня с нетерпением, я вспоминала в подробностях разговор со старостой. Первое, что отметила, это вольность городского главы. Не знаю, кто его поставил на эту должность, и как в Семёновске заведено, но он посмел при мне, совершенно чужом человеке, поставить себя выше старосты общины. Спровоцировала его, конечно, я, но не я начала вражду, а что из этого выйдет? Поживем — увидим. Проблемы надо решать по мере их поступления, нечего понапрасну тревожиться.

Главное состоит в том, что мне разрешили обучать членов общины грамоте. Верный знак, что не видят во мне угрозы, не считают врагом. Дальше дело за малым — продолжать налаживать отношения, а там одному Богу известно, куда повернет жизнь.

На следующий день в положенное время мы с Лизой, я взяла ее в провожатые, подходили к дому старосты. По дороге я отметила изменения в отношении ко мне. Часть прохожих останавливалась при виде меня и, доброжелательно улыбаясь, здоровались с легкими кивками. Им я отвечала тем же. А другие, напротив, отворачивали головы, плевали себе под ноги, а то и вовсе переходили на другую сторону улицы.

Вывод напрашивался только один: из-за меня община раскололось. Но я не ассигнация, чтобы всем нравиться. Поэтому плюющих я старалась не замечать, и прекрасный настрой на предстоящий урок их поведение не изменило.

Дверь в дом старосты мне открыл богатырского вида молодой мужчина.

— Доброго дня! Меня зовут Анна, Гордий вчера приглашал к себе учить сыновей, — я представилась и рассказала цель визита для приличия. Уверена, и без того люди все обо мне знали.

— Через порог не здороваются. Проходи в дом, — пошире распахнул дверь богатырь, и я, взяв за руку Лизу, зашла.

А оказавшись внутри, увидела сидящим за столом самого Гордия.

— Доброго дня, староста. Я привела с собой Лизу, вы не будете возражать, если она с нами посидит? Она тихая, мешать не станет. Не станешь ведь? — склонилась я над ней.

Мы с ней договорились обо всем накануне, но мне нужно было, чтобы она все сказала лично, показала себя воспитанным ребенком.

— Не стану, — охотно откликнулась Лиза.

— Божьи создания ни в каком деле помехой не будут. Иди ко мне, посиди со стариком, давай вместе учиться буквам станем, — с ласковой улыбкой и приговорами позвал ребенка Гордий.

Лиза дождалась моего разрешительного кивка и забралась на лавку рядом со старостой. Правда, почти сразу ей пришлось встать, потому что все собрались и перед учебой начали молиться.

И в этот раз мы крестились, кто как обучен. Я и Лиза привычной щепотью из трех пальцев, а хозяева двумя перстами, но никто и глазом не повел на это. Клали поклоны, совместно просили у Господа помощи в начинании, были единодушны в молитве.

А затем я начала по схеме обучения, проверенной на Карпе и его дочерях: Аз, Буки, Веди…

Выводила угольком буквы, проговаривала слова, что помогали их запомнить, давала время ученикам перенести буквы на свои дощечки.

Учеников оказалось четверо. Гордий ничего не писал, но крайне внимательно слушал все, что я говорила, и поглаживал бороду. Обучающиеся все как на подбор статные, широкоплечие взрослые мужчины. Самый старший Лавр, тот, что открыл мне дверь. Старался пуще остальных, даже время от времени приоткрывал рот от усердия. Но несмотря на все его старания, получалось у него заметно хуже, чем у Карпа. С другой стороны, не все дается нам от Бога. Чугунная задница вкупе со страстным желанием способны творить чудеса. А я вижу, что характер у Лавра присутствует.