Книга Измена. Любовь адвоката, страница 41 – Анна Гром

Однажды в детстве я часто кормила птиц крошками от хлеба. Приметила одного голубя, необычной окраски, бело-бежево-рыжего, каждый утро его видела вместе со стаей других голубей. И в один день, когда я его только покормила, и едва отвернувшись, уже наблюдала на дороге смесь перьев и крови. Водителю, пролетевшему по переулку с явным превышением скорости, было плевать, кто там у него под колёсами. Он помчался дальше. А я же сидела на лавочке и горько плакала. Вот как сейчас. Никто не пострадал, а я рыдаю. Потому что могли пострадать.

Надо позвонить в пансионат. Спросить, как бабуля. И съездить. Её образ, возникший в моём взбудораженном сознании, тогда на дороге, буквально спас мне жизнь. Она всегда была моим ангелом-хранителем, несмотря на то что была жива. Ведь ангелами становятся только те, кто умирает?

Звонок с неизвестного номера сбил меня с мысли. Я раздумывала, брать или нет, ведь Игорь мог с чужого номера пытаться пробиться в эфир, но что-то внутри чётко сказало «бери». Интуиции я привыкла доверять. В журналистике без интуиции вообще пропадёшь.

— Слушаю.

— Майя? – на том конце провода звучал неизвестный мне женский голос.

— Верно. А вы?

— Я Изабелла. Я получила ваше сообщение в Телеграме. Долго не решалась ответить, но всё-таки поняла, что стоит. Мы можем с вами встретится?

После стольких событий я судорожно вспоминала, что это за Изабелла и какое такое сообщение я присылала ей в Телеге.

Вспомнила. Так вспомнила, что аж волосы на голове дыбом встали.

— Когда? И где?

— Через час в Таврическом саду. Я буду ждать вас в кофейне, в оранжерее.

Я посмотрела на время. Если поднажать, успею. Да я готова на эту встречу босиком по камням бежать.

Мне позвонил Шумский. Я не стала брать трубку. Не хотела. Не могла. Мне сейчас не до него.

Господи, как взять себя в руки и снова выехать на дорогу? Только сейчас я осознала, что у меня случилась паническая атака, отголоски которой всё еще волнами распространялись по телу и парализовывали меня.

Май, ты же опытная водила, ничего с тобой не случится! А вот Изабелла Бабаева, жертва психологического подхода «Трахни мужа клиентки», разработанного лично Юлечкой Шумской, может передумать и уехать. Этот шанс упустить нельзя.

Погнали, Май.

Я завела мотор и с черепашьей скоростью вырулила из двора, высунула нос «Бэхи» в переулок. Убедилась, что дорога пустая. Из переулка вырулила на шоссе, вклинилась в поток.

Фух, попустило. Руки привычно сжали руль, я сосредоточилась на поездке. Ни одой лишней мысли в голове. Позвонивший снова Шумский подождёт.

Я домчала до парка за сорок минут, еще пятнадцать потратила на то, чтобы дотопать до оранжереи и найти там кофейню. Изабеллу Бабаеву я сразу узнала, хотя ни разу её не видела. Она сидела одна за дальним столиком в плетёном кресле. Красивая ухоженная женщина, постарше меня, но не совсем тётка. Джинсы, топ укороченный, белый оверсайз пиджак. Блондинка с холодным подтоном, почти в серебро. Очень худая. Без обручального кольца – я заметила это, когда подошла вплотную.

— Изабелла, – я кивнула в знак приветствия, отодвигая для себя стул. У подбежавшего к нам официанта я попросила двойной эспрессо. Мне нужна бодрость, а то размазалась, как квашня.

— Можете просто Белла, если удобно, – она улыбнулась, натянуто, но искренне. Знакомство у нас состоялось не по радостному поводу, зубоскалить и целоваться в дёсны было бы глупо. – Знаете, Майя, я, честно говоря, даже не подумала, что на психолога можно подать в суд, пока вы не написали.