Книга Бой без правил. За любовь, страница 37 – Анна Гром

— В них вложили по сотне тысяч в каждого. – Катерина встаёт напротив него, Мишка видит её широко расставленные ноги в драных джинсах и в порнушных, кожаных а-ля ковбойских сапогах. Ни слова о том, что пацанам нет и двадцать пяти, а они уже почти инвалиды, только голые цифры.

Инвестор вложил в этих парней бешеные бабки, и в этот бешеный ценник входила и зарплата Кострова в качестве их тренера. Не надо быть умником, чтобы понять – это говно сотворили наёмники из конкурирующего клуба. Клуба, который на предстоящем шоу собирался занять все призовые места.

Миха ещё раз бросает взгляд на двери палаты. Это были неплохо обученные бойцы, так какого хера они позволили превратить себя в фарш?! Хотя кого он обманывает, это были сырые бойцы. Этим шалопаям и месяца бы не хватило, чтобы прийти в приличную форму, а «Кровавая жатва» должна состоятся уже меньше, чем через две недели.

— Ты плохо за ними следил, Миш. Какого чёрта они ночью шарахались по улице?

— Я им, блять, не нянька! – взрывается он. Катька с ним в одной упряжке, но отчего-то пытается перекинуть всё дерьмо на него. – А где шляешься ты, вопрос? Ещё не на всех хуях попрыгала?

Все эти несколько дней, что они провели в Москве, в закрытом ночном клубе за городом, где должны были состояться бои и где проходили тренировки, Катерина почти каждую ночь – в те ночи, которые были «свободны» от Миши – уезжала с новым мужиком. С Мишей она трахалась и днём, и, он подозревал, не только с ним одним, и в какой-то момент его стало раздражать быть далеко не первым номером в столь плотном расписании своей партнёрши. Несмотря на то, что в верности они друг другу не клялись, Миха ловил кайф от того, что имеет исключительное право на эту похотливую сучку с мозгами банкирши почти на двадцать лет его моложе. Да только всё, кажется, здорово изменилось.

— Ревнуешь? – самодовольно хмыкает она.

— Да мне похуй! – загулы Катерины – не главная проблема. Основная проблема – пара едва дышащих тел, которые обнаружились два часа назад в луже крови в переулке у захудалого кабака. Какого хрена они вообще здесь тусовались, если им нельзя бухать?! Всё это попахивает какой-то дикой подставой, ну, а чего, по сути, ещё ожидать? В полуподпольной деятельности надо всегда быть в защите и тылы держать прикрытыми. За тылы отвечала Катька, но в этот раз она здорово проебалась.

— Пойдём. Нам не стоит тут светиться, – Катерина берёт его под локоть. Они выходят из здания госпиталя, Катя уводит его к белой «БМВ», припаркованной на другой стороне улицы, садится за руль. – Мы в жопе, Миш. Если не найдём новых ребят…

— Не найдём, мало времени. Самому только если…

Снова выйти на ринг после перелома спины – нехилый риск. Но этот риск ничто по сравнению с перспективой вот точно так же валяться на тротуаре с вспоротым брюхом.

— Отлично, а кто второй? – воодушевлённо подхватывает Катя.

— Да не знаю я, блять!

— У тебя есть сын. Пусть выступит, он ведь тоже занимался…

— Не смей его трогать, сука! – от её предложения, выкинутого в воздух как бы между прочим, так легко и просто, у Мишки срывает чеку. Он хватает её за руку чуть выше локтя, едва не дырявит пальцами и ногтями тонкую ткань её куртки, дёргает на себя. От неожиданности Катерина вскрикивает, едва не заваливается вбок мешком, роняет брелок под ноги, но после, сориентировавшись, выставляет вперёд свободную руку и толкает Миху в грудь.