Книга Гектор, страница 80 – Ольга Дашкова

— Адам, — тихо сказала я. — Положи.

— Нет.

— Лотта наверху.

Что-то промелькнуло на его лице, он об этом не подумал. Или подумал, но отогнал эту мысль.

— Лотта останется со мной, — повторил он.

— Она не останется, — раздался голос от двери.

Мы оба повернулись. Гектор стоял в дверном проеме, я не слышала, как он вошел, не слышала его шагов, просто он был здесь. Спокойный, руки вдоль тела, смотрел на Адама с таким выражением, с каким смотрят на задачу. Оценивает, просчитывает, уже знает ответ.

Адам направил на него оружие. Гектор не изменился в лице.

— А ты тот самый, который все испортил и не дал этой дряни умереть.

— Ты умеешь с этим обращаться? — спросил он Адама, не обращая внимания на слова, но морщась, словно от чего-то неприятного. Голос ровный, как будто спрашивает про кофемашину.

— Отойди.

— Ответь на вопрос.

— Отойди, — повторил Адам. Рука заметно дрожала.

— Не умеешь, — сказал Гектор. — Значит, тебе повезло, что я добрый.

Три секунды, я не успела отследить движение. Гектор был рядом с Адамом, оружие было в его руке, Адам стоял у стены с вывернутым запястьем и шипел от боли. Все произошло тихо, почти беззвучно.

Гектор убрал пистолет в карман. Отпустил Адама.

— Слушай меня, — негромко сказал он. — Лотта живет с матерью. Это не обсуждается и не меняется. Ты будешь видеться с дочерью столько, сколько позволит Нора — а она позволит много, потому что Лотта любит тебя, и Нора знает об этом, — пауза. — Если ты снова придешь с этим, — он коснулся кармана, — я не буду таким добрым.

Адам смотрел на него. Потом на меня. В его глазах было много всего: злость, страх, что-то похожее на стыд. Семь лет жизни, которые перестраивались прямо сейчас, в этой комнате, болезненно и окончательно.

Потом он вышел. Дверь закрылась. Повисла тишина.

Я стояла и чувствовала, что сердце бьется быстрее, чем нужно, но не от страха, который прошел, а от того, что все прошло. От выдоха, который происходит, когда напряжение спадает и можно выдохнуть.

Гектор подошел. Остановился рядом.

— Где ты был?

— Рядом.

— Рядом?

— Всегда рядом. Не бойся, — он провел по моим волосам пальцами, касаясь лица.

— Всегда? — переспросила я как дура, чувствуя слезы на глазах.

— Всегда, — уверенный ответ, от которого по коже побежали мурашки.

— Мама?

Лотта стояла на лестнице в пижаме, с книгой в руках и смотрела на нас.

— Все хорошо, — сказала я.

— Я слышала голоса.

— Папа заходил. Уже ушел.

Она обдумала это. Потом посмотрела на Гектора.

— Ты снова здесь?

— Снова здесь.

— Хорошо, — сказала она. — Завтра еще сыграем в шахматы. Ты должен учиться.

Развернулась и ушла обратно наверх.

Я смотрела ей вслед и думала, что она не знает, что только что произошло в этой комнате. И это правильно, она не должна знать, у нее есть все остальное: школа, Сигрид, папа, которого она любит, и мама, которую она ждала семь лет.

Этого достаточно. Гектор стоял рядом. Я повернулась к нему.

— Герман.

— Да.

— Спасибо.

— Не за что.

Он достал из кармана пистолет Адама, разрядил его и положил на стол. Аккуратно, привычно. Я смотрела на его руки, которые три секунды назад сделали то, что я даже не успела отследить взглядом, и которые сейчас спокойно лежали на столе.

Эти же руки заправили мне прядь за ухо на крыльце лесного дома в пять утра, трогали сейчас, ласкали ночами. Держали мое лицо, когда он целовал — аккуратно, как держат что-то важное.