Книга Гектор, страница 11 – Ольга Дашкова

Я шла и знала: вот здесь. Повернулась, и он был именно там. Пистолет, расстояние три метра, мертвый угол камеры. Все правильно, все профессионально. Я смотрела на него и думала только одно: успею.

Успею сказать три имени прежде, чем он примет решение. Успела.

Он опустил оружие не сразу, была пауза, несколько секунд, в которые я не дышала, хотя дышала ровно. В эти секунды он просчитывал, я видела это по тому, как изменилось что-то в его лице. Не выражение, у него почти не было выражений.

Потом рука опустилась. Думала, что почувствую облегчение. Почувствовала только усталость, ту, о которой сказала ему вслух. Очень старую, она никуда не делась от того, что план начал работать.

Перевернулась на бок.

Лотта.

Позволила себе подумать о дочери второй раз за день, что было против правил, но правила существуют для нормальных условий, а эта ночь нормальной не была.

Восемь лет. Русые волосы, серьезное лицо, когда думает о чем-то, и смех совершенно неожиданный, громкий. Я знала это по телефону, как он звучит. Живой и без стеснения.

Через три недели, если все пройдет правильно, я ее увижу. Не по телефону. Не голос через помехи и плохую связь. Просто — увижу.

Закрыла глаза.

Подумала об одном: Гектор сказалтри недели, и сказал это так, как говорят люди, которые умеют считать точно. Непостараемся, непопробуем. Три недели — и это была цифра, за которой стоял расчет.

Я привыкла верить цифрам.

Людям — нет. Цифрам — да. Это, наверное, профессиональная деформация. Семь лет работы с деньгами учат одному: человек может лгать, система — нет. Если цифры сходятся, значит, сходится все остальное.

Его цифры пока сходились. Посмотрю, что будет завтра.

* * *

Я проснулась в семь без будильника.

Лежала несколько секунд, смотрела в потолок, было тихо. Не сразу вспомнила где. Потом вспомнила и сразу встала, потому что лежать без дела я не умею, это еще одна привычка, от которой не избавиться.

Ванная, умылась холодной водой. Посмотрела на себя в маленькое треснутое зеркало в углу. Темные круги под глазами, волосы выбились из узла, заправила их обратно, аккуратно, как делаю каждое утро, потом еще раз посмотрела на себя.

Все хорошо. Нет. Сегодня не эта фраза.

Сегодня я просто смотрела на свое лицо и думала: это лицо человека, который семь лет ждал и дождался. Выглядит именно так. Нормально выглядит.

На кухне нашла растворимый кофе, кто-то оставил, или он положил специально, я не стала думать об этом. Включила чайник, открыла ноутбук. Зашифрованная папка.

Инвентаризация, как каждое утро. Все на месте: схемы, счета, копии документов, переписка. Тридцать четыре гигабайта чужих преступлений, собранных методично, аккуратно, без спешки. Семь лет.

Я смотрела на папку и думала: завтра все это начнет двигаться. Не как все это время накапливалось, складывалось и ждало, а быстро и необратимо.

Чайник закипел. Я налила кофе, закрыла ноутбук. Подошла к окну.

Двор-колодец внизу был пустым, рано еще, семь утра. Серое небо, голые ветки дерева у стены, мокрый асфальт. Обычный двор обычного города, которому нет дела до того, что происходит за чужими окнами.

Никогда нет дела. В этом есть что-то правильное.

Я пила кофе и смотрела в серое небо. Думала о нем — и не потому, что хотела, просто он там был, в этих мыслях, без спроса. Вопрос, который он не задал вслух в машине, но который был, я чувствовала.