Книга Стать хищной птицей, страница 180 – Кира Брайан

Убила. Без оружия. Снова.

— Хорошо. – Сокол выдохнул. – Отлично. Вы все свободы. Можете катиться на все четыре стороны, можете делать, что вам угодно. – Никто не шелохнулся с места, и Сокол продолжил: – Что вы сидите?! Я сказал, пошли все вон! – Его голос сорвался на крик. – Боитесь? И бойтесь дальше. Оставайтесь, раз вам так угодно. Можете устроить тут хоть контору по приему металлолома. Но Птиц больше нет. Счастливо вам оставаться. – Он захватил из комнаты сумку и вышел из дома.

Как только захлопнулась дверь, Ласточка и Чиж поднялись с дивана. Чиж направился на второй этаж, а Ласточка – собирать вещи. Щегол до сих пор не мог поверить в происходящее. Как Сокол мог оставить своих Птиц и просто сбежать? Быть может, это просто проверка на прочность? Быть может, это все злая шутка, и весь этот год – просто злая шутка судьбы. Семья, в которую посчастливилось попасть Щеглу, сейчас развалилась прямо на его глазах. Как быть дальше и куда идти, он не имел ни малейшего представления. Все, что строилось задолго до появления Щегла, сейчас размыло, словно песчаный замок на берегу моря. Заметив, как Ласточка направляется к входной двери, он не мог отпустить ее без последнего разговора, поэтому побежал следом.

— Стой! – Щегол вышел за ней на крыльцо.

Ласточка оглянулась на него через плечо и скованно улыбнулась. Она остановилась на крыльце, опираясь на оградку. Сокол уже пропал из вида, и Ласточка не спешила его догонять. В конце концов, они навеки повязаны друг с другом. Ласточка найдет его даже с закрытыми глазами. Рюкзак Ласточка скинула на землю, что предвещало не пару скупых реплик, а нормальный разговор, которого так сильно не хватало Щеглу. Если бы он только знал, что получит его в таких обстоятельствах, то еще пересмотрел бы свое желание. Ласточка выглядела до ужаса уставшей и измученной, но ее лицо оставалось безмятежным и спокойным. Ей не впервой хвататься за остатки построенной семьи и следовать за Соколом.

— Ты сразу все понял, – констатировала она.

— Догадывался. – Щегол встал рядом с ней. – Единственное, что меня сбивало с толку, так это то, как ты так удачно попала в человека, который будет звонить.

— Она ехала со мной в электричке и плакала большую часть пути. – Ласточка вскинула подбородок и посмотрела в сторону леса. – А перед этим расклеивала листовки с твоим портретом на вокзале. – Она вздохнула и снова посмотрела на Щегла. – Ты должен был уйти. Зачем вернулся?

— Я уже говорил тебе, что не собираюсь сбегать, и сейчас ничего не изменилось. – Щегол провел рукой по лицу, и ушибленные места заныли от боли.

— Разве оно стоило того? Стоило рисковать собой ради всего этого? – Она окинула взглядом Гнездо.

— Стоило. Даже если бы все сложилось иначе, я бы все равно боролся за свое место здесь. Ласточка, это все, – он повторил ее жест, – и есть мое место.

Ласточка прикрыла глаза и сочувственно свела брови над переносицей. Щегол уже видел у нее такое выражение лица, когда она сообщала ему о том, как поживает его мама. Вот и сейчас Ласточка выглядела так, словно глотала раскаленную проволоку. Но Щегол знал, что если спросил бы сейчас об этом, то разговор по душам оборвался бы не на самой приятной ноте. Поэтому он задал вопрос, на который и так знал ответ.